«Из-за того что мы исключили военный метод, некоторые люди могут подумать, что они могут делать с нами все что им вздумается… Мы этого не позволим» А. Меркель.
Сразу отмечу, что эмбарго может быть как официально объявленное (политические плюсы, экономические риски), так и неофициальное, явочным порядком (политические плюсы значительно меньше, но экономических рисков меньше на порядок).
Про эмбарго, протекающее явочным порядком, я писал еще 2 марта. Потому сейчас рассматриваем официальное, объявляемое правительствам стран, эмбарго.
За последние 25 лет мировая история знает 2 случая введения эмбарго на импорт нефти:
Ирак
- в 1991 году решением ООН таковое было введено против захватившего Кувейт Ирака, который на тот момент был вторым в мире экспортером нефти, поставляя на мировой рынок 2,26 млн. баррелей нефти в день
Специально отмечу, что вместе с иракской нефтью с мирового рынка в тот момент исчезла нефть оккупированного им Кувейти – еще 1,24 млн. баррелей в день.
Т.е. всего мировой рынок от эмбарго потерял 3,5млн. баррелей/день или 5,8% мировой добычи нефти.
Иран
- в 2012 году США и страны ЕС ввели эмбарго на импорт иранской нефти, сократившее экспорт иранской нефти на 1 млн. баррелей
Сама Россия в августе 2014 ввела эмбарго на импорт продуктов производимых в ЕС, США и ряде других стран. Так что Запад может ввести «ответное» эмбарго, но уже на импорт углеводородов, использовав российское эмбарго как прецедент и повод.
Ирак вторгся в Кувейт 2 августа 1990 года. 1 августа 1990 нефть стоила $21,60 за баррель, а на пике 11 октября того же года – уже $41, подорожав на 90%. Именно поэтому введению эмбарго должно предшествовать серьезное снижение цены на нефть.
Нефть по 70 – и даже нефть по 60 – России не так уж и страшны:
- народ станет меньше и хуже кушать, платить больше налогов и иных платежей, покупать меньше одежды, реже менять автомобили, больше покупать отечественного – но все это очень далеко от провала 90‑х,
- экономика (без изменений во внутренней и экономической политике) сначала несильно упадет, а потом будет стагнировать. Ну так она и последние несколько лет по сути стагнировала.
Чего я, вместе с правительством России (согласно недавнему заявлению главы МЭР Улюкаева), опасаюсь, так это эмбарго на экспорт в страны ЕС российских нефти и нефтепродуктов:
- В страны ЕС экспортируется 5 млн. баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки, что составляет 70% российского экспорта по этим позициям
- так же Европа ежегодно покупает 140–160 млрд. кубов российского газа
- в текущих ценах 5млн.барр/сутки в годовом выражении составляют 5млн*68*365=$124млрд.
- газа по текущим ценам (на нефть) Европа закупит на сумму в $40-$46млрд.
Итого: около $170млрд.
Какие бы я принял превентивные меры, прежде чем вводить эмбарго:
- снял бы эмбарго на иранскую нефть, что вывело бы на рынок в течение 2–6 месяцев до миллиона баррелей нефти
- существенно понизил цену на нефть, что бы после введения эмбарго она не выросла значительно выше прежних значений (если таковое принудит Путина к миру, тоже хорошо)
- расширил транспортные возможности Суэцкого канала (начато в августе 2014, планируется закончить в августе-декабре 2015)
- увеличил бы мощности по нефтепереработке в Саудовской Аравии и Иране, копируя структуру российского экспорта в ЕС (таковая политика официально реализуется в обеих странах с 2013 года)
- заставил бы курдов договориться с центральным правительством в Ираке, что увеличит экспорт на средиземноморском направлении до 300000–550000 баррелей в сутки (договорились неделю назад)
- решил бы вопрос с поставками из Ливии (в октябре казалось что он решен, но нет)
- протестировал систему запасов нефти и нефтепродуктов США на предмет экспорта из хранилищ (сделано в марте, продано 5 млн. баррелей нефти – ровно столько, сколько составляет однодневный российский экспорт нефти и нефтепродуктов в ЕС)
- предложил бы держателям российских ценных бумаг полностью избавиться от них (цена 8‑летних бондов Сбербанка с сентября упала в 1,5 раза, доходность аналогичных бондов ВТБ выросла до 14% годовых в валюте, а российских 10-летних бондов до 12,95%).
Страхуясь от российского ответа в виде прекращения поставок газа:
- создал в странах ЕС максимально возможные запасы газа (запасы газа в Германии на 5‑летнем максимуме, по состоянию на 30.11.14 – 20млрд. кубов, полугодовое потребление)
- запустил бы остановленные после Фукусимы реакторы в Японии (согласно заявлению японских властей от 26.11.14 планируется на начало года), что высвободит 30млрд. кубов СПГ из Катара
- заставил бы Норвегию гарантировать Германии замещение значительной части российского газа (заявление Статойл от 02.12.14 – поставки в Германию могут быть увеличины с нынешних 15млрд. до 35млрд. кубов, при этом российский экспорт в Германию – 40 млрд. кубов)
- создал бы в Европе крупные запасы мазута для того, что бы в случае надобности (как то было в 2012 году) запустить резервные, работающие на мазуте, а не газе, электростанции (в середине ноября США резко – на 300 000 баррелей в день, увеличили экспорт в Европу нефтепродуктов)
- провел исследования на предмет возможного сокращения потребления газа в ХКХ, промышленности и энергетике.
Как видите, норвежский и «японский» газ способны заместить европейскому лидеру – Германии – весь поставляемый из России газ. И даже с избытком.
В условиях резкого роста собственной нефтедобычи, нынешние запасы нефти и нефтепродуктов в США, видимо являются избыточными, что позволяет без серьезных опасений поставить на рынок Европы до половины этого объеме. Вопрос сокращения на 50% (т.е. на 344 млн. баррелей) государственных запасов нефти уже обсуждается в деловой прессе США.
При введении эмбарго расчет строится не столько на обвальном ухудшении качества жизни народа, сколько на том, что бы вызвать у «элит» необходимость избавиться от Путина: одно дело, когда снижена цена и страдает не только Россия, но и ОПЕК и сланцевики в США, а перспективы роста с Путиным не факт что и связаны, и совсем другое, когда только избавься от «препятствия» и ты снова можешь пользоваться всеми благами высокой цены на нефть.
Т.е. переход от снижения цены на нефть к эмбарго будет означать переход от воздействия на Путина к курсу на смену власти в России.
В эмбарго, в отличии от простого снижения цены, следующие плюсы:
- США могут иметь устраивающий их с точки зрения роста добычи уровень цены на нефть
- Саудовская Аравия будет иметь устраивающий ее уровень цены на нефть
- с помощью эмбарго против крупнейшего поставщика углеводородов Обама максимально ясно продемонстрирует избирателю насколько проводимая им «сланцевая революция» изменила мир
- катастрофическая ситуация в экономике России, которая сложится за год действия эмбарго, покажет избирателю что Обама и демократы А. вовсе не слабаки, Б. а разумные люди которые «унимают» ядерную Россию экономическими, а не военными методами.
- Меркель же (после встречи Г‑20) жаждет победы Германии над Россией, своего рода мести за 9 мая 1945 года
- замена российской нефти и нефтепродуктов на рынке ЕС нефтью и нефтепродуктами из Саудовской Аравии, Ирана, Ливии, Ирака позволит тем за счет роста экспорта жить при «средних» ценах на нефть ($60 при росте экспорта на треть для Саудовской Аравии равны $80)
- ОПЕК, которая вытесняется с рынка США сланцевой нефтью решает проблему с рынком сбыта, замещая на рынке ЕС Россию.
Восполнение дефицита нефтью и нефтепродуктами из Ирана, Саудовской Аравии и Ливии с Ираком, помноженное на продолжение роста добычи в США и рост ставки ФРС к выборам в США снизит цены с пиковых до уровня 60–70 долларов за баррель, что еще раз сыграет в пользу Обамы на выборах.
Датировка: с политической точки зрения 16 марта 2015 года. С экономической – скорее лето, вероятнее всего после снятия эмбарго с Ирана. Так отмечу, что введение эмбарго может быть привязано к оглашению результатов расследования катастрофы Боинга, которое может состояться как в августе, так и ранее. Вполне вероятно, что срок введения эмбарго будет привязан к факту значимого сокращения роста добычи нефти в США.
Схема:
- предварительное снижение цены на нефть (замаскированное под «войну» Саудовской Аравии против нефтяной отрасли США);
- введение эмбарго;
- вызванный эмбарго рост цены на нефть, который снимет проблемы в сланцевой отрасли в США и у стран ОПЕК;
- с отсрочкой или сразу – перекрытие Босфора и Дарданелл, прекращение российского экспорта через Балтику и Черное море (отсрочка нужна для того, что бы Россия побольше потратила за это время и у нее не осталось средств на строительство новой глобальной трубопроводной системы);
- снижение цены на нефть к выборам в США после начала поставок на рынок из госрезервов США и ЕС с последующим восполнением дефицита нефти/нефтепродуктов Саудовской Аравией, Ираном, Ливией, Ираком .
Резервы: США и ЕС обладают резервами (государственными и коммерческими) нефти и нефтепродуктов, которые – при условии, что США предоставят ЕС 50% своих резервов – позволят компенсировать выпадение 5млн. российских баррелей/день в течение 450–480 дней. Из них 260 дней ЕС проживет на собственных запасах.
Для доставки в Европу 50% запасов США за 260 дней потребуется 7,5% мощностей мирового танкерного флота. США в марте продав 5 млн. баррелей из госрезерва протестировало систему на работоспособность, выявило «узкие» места в логистике (отчет опубликован на прошлой неделе) и скорее всего сейчас работает над их устранением.
Риски:
- российские предприятия и банки должны банковской системе Запада $208 млрд. (за полгода сокращение на $17 млрд.) + на $156 млрд. заключено сделок дефолт-своп.
- сокращение экспорта в Россию, но тут 2 момента: сельскохозяйственный экспорт России сама обнулила (сельхозпроизводители США и ЕС будут рады «отомстить»), а остальной значительно сократится ввиду серьезного предшествующего падения цены нефти.
В виде обеспечительной меры, защищающей западных кредиторов, могут выступать размещенные в госбумагах США и стран ЕС валютные резервы российского Центрабанка.