Итоги года в декабре 2014-го подводить трудно: очень многие ключевые тенденции лишь наметились, мы замерли на переломе от старого к новому, когда старое еще цепко держится за фиктивный статус-кво, а новое не вступило в свои права.
Если отвлечься от внутрироссийских событий, главными из которых стали возвращение Крыма и блестяще проведенная Олимпиада, стоит отметить, что в мире ситуация разбалансирована едва ли не до предела.
Главной содержательной новостью мировых информагентств в 2014‑м стало появление Исламского государства Ирака и Леванта, террористической группировки, которая была буквально выращена США для борьбы с президентом Сирии Башаром Асадом и которая вышла из-под контроля и стала знаменем обновленного радикального ислама.
Мы знаем об ИГИЛ куда меньше, чем могли бы: Ближний Восток в уходящем году затмили Украина и охлаждение отношений между Россией и Западом, референдум в Шотландии, борьба Саудовской Аравии с американской нефтяной экспансией: очнулись лишь тогда, когда журналистам на камеру начали отрезать головы.
Между тем все довольно логично и предсказуемо. Именно в 2014‑м был закончен демонтаж постсоветского арабского мира, начавшийся в 2006‑м, когда был казнен Саддам Хуссейн. Его офицеры, которые очень обижены на мир, не собираются на пенсию и умеют воевать, весьма помогли ИГИЛ в планировании войсковых операций: современная иракская армия, укомплектованная прошедшими американскую подготовку солдатами и офицерами, пасовала перед исламистами, умудряясь проиграть даже при значительном численном превосходстве.
Не остался в стороне и Афганистан, давно ставший черной дырой, источником наркотрафика и полевых лагерей для всевозможных боевиков. Ничем США не помогла почти утратившая государственность Ливия, где в 2011‑м толпой был разорван Муаммар Каддафи, пусть эксцентричный, но все же светский лидер когда-то сильной страны. Ливия сегодня расколота между военизированными группировками и совершенно бесполезна для борьбы с радикальным исламом.
Из потенциальных противников ИГИЛ стоит вычесть и Египет: там в ходе классического проамериканского государственного переворота был смещен светский президент Хосни Мубарак. Теперь Египет — полуколония, армия будет бежать от выстрелов, как бежала иракская.
В 2013‑м с поста президента Ирана ушел так ненавидимый США Махмуд Ахмадинежад, и из колоды возможных противников ИГИЛ выпал и Иран, где религиозные радикалы имеют значительную поддержку среди населения.
Сирия обескровлена войной. Остались Саудовская Аравия, занятая борьбой за нефть, Турция, где Вашингтон пытался сместить главу государства Рейджепа Эрдогана, очень значимый для ближневосточной игры Пакистан, где Америка воюет с террористами, восстанавливая против себя все больше и больше жителей, и, наконец, курды, не имеющие своего государства и готовые ради независимого Курдистана на многое.
Проблема состоит в том, что в каждом из этих государств ИГИЛ может найти сторонников и последователей, людей, которые разделяют ключевой тезис террористов: мусульманам необходим Халифат, религиозное сверхгосударство.
Хуже всего, что поклонники этой идеи есть и в Узбекистане, и в Таджикистане, и на российском Северном Кавказе.
То есть ИГИЛ — это общемировая угроза, она касается в том числе и Китая, и России: вряд ли боевики «исламского государства» скоро будут готовы прямо вторгаться на территорию государств, чьи армии способны дать им отпор, но вот диверсии, подпольная подготовка террористов, акты устрашения — всего этого, к сожалению, будет в избытке. Тем не менее и вторжение — это для «исламского государства» вполне метод.
Нужно понимать, что «Аль-Каида», попортившая западному миру немало крови, была пусть террористической, но все же коммерческой организацией, предлагавшей свой бренд под франшизу, а ИГИЛ действует иначе, очень плохо контактируя с мирным исламом и светскими властями ближневосточного мира (там, где они вообще остались).
Запад воспитал идеальных террористов, и 2015 год должен ответить на простой вопрос: сможем ли мы остановить эту машину войны. Каждый из тех, кто читает этот текст, будь он атеистом, христианином, мусульманином не радикального толка для ИГИЛ является неверным, мишенью, и купить лояльность уже нельзя, нужно или стать таким же, или победить.
У нас с ними нет пространства для компромисса. Не зря так жестко и последовательно высказывается об ИГИЛ Рамзан Кадыров: чеченцы для ИГИЛ — такой же враг, как и испанцы («исламское государство» претендует и на Испанию, и на Португалию), как и русские, немцы или французы.
Готов ли к этой войне Запад? Очевидно, что не готов. Спокойная борьба с террористической угрозой в 2015 году должна смениться новой концепцией: как можно видеть, беспилотников хватает для Пакистана, но совсем не хватает для ИГИЛ, наземное вторжение лишь усилит позиции радикальных исламистов, а это означает, что мир вступает в новую фазу угроз.
ИГИЛ не будет отсиживаться в пещерах Афганистана, он собирается прийти в Европу, Россию, Северную Африку, и борьба с этим крестовым походом станет главным мировым сюжетом 2015 года.
Миру, кажется, снова есть о чем поговорить. Пока еще для этого есть и время, и возможность.