Директор по развитию бизнеса люксембургского фонда Creon Capital Флориан Виллерсхаузен — о значении санкций США для сырьевого рынка
Первые санкции США и Евросоюза против России были ответом на политические действия РФ на Украине. Но то, что происходит в США сейчас, — это совершенно другая история. Американский сенат реагирует таким образом на кажущуюся им пророссийской политику президента Дональда Трампа и стремится его остановить. Дональд Трамп пытается наладить отношения с Россией и, в частности, с Владимиром Путиным — по крайней мере, именно такое ощущение складывается из его информационной повестки. Сенату курс Дональда Трампа не очень нравится.
Санкциями США пытаются уменьшить влияние России на европейском газовом рынке, чтобы иметь место для сбыта собственного сланцевого сырья. В сенате представлены различные регионы США, которые имеют собственные интересы. Штаты, в которых развита сланцевая добыча, — например, Техас, Арканзас и Алабама — хотят поставлять сланцевый газ на экспорт, и им важно отправлять его в виде СПГ именно в Европу, так как там сложился потенциальный премиальный рынок. Но сильная рыночная позиция российских поставщиков газа им мешает.
Однако при этом США не имеют права диктовать Евросоюзу, с кем сотрудничать, а с кем нет, поэтому угроз для поставок «Газпрома» в этом плане практически нет. Протест ЕС против применения новых экономических санкций США был достаточно мощным и серьезным. Существует миф, что страны Европы — особенно Германия — «танцуют» только так, как хотят американцы. Но это не так. И свидетельством тому является ответная реакция немецкого и австрийского правительств на попытки фактически запретить строительство «Северного потока‑2».
В итоге США немного снизили интенсивность санкций и поменяли их на пакет, который принимается сейчас. В нем заложены лишь теоретические риски того, что американцы начнут штрафовать по большому счету всех, кто делает бизнес с Россией. Но я не ожидаю, что это приведет к фактическому запрету таких проектов, как «Северный поток‑2» и «Турецкий поток».
Единственный рычаг, который есть у США, — это возможность запретить международную торговлю в долларах с Россией. Банки этого боятся, но применять его американцы пока не собираются. Мне вспоминается ситуация с Ираном, когда США ввели против него жесткий санкционный режим и начали штрафовать все банки, которые работали с этой страной. В итоге немецкий Deutsche Bank и ряд других банков заплатили штрафы. Тот факт, что это может повториться, волнует всех европейских финансистов. Однако я не ожидаю, что США зайдут так далеко.
Сейчас для инвестиций в Россию очень хорошее время, потому что для иностранных компаний они обходятся дешевле благодаря курсу рубля. Кроме того, ситуация на мировом нефтяном рынке складывается таким образом, что и российским, и иностранным компаниям интересно присутствовать на рынке ТЭК. Низкие цены на нефть способствуют увеличению добавочной стоимости в том числе и в нефтегазовой промышленности. Одной из главных возможностей для этого является переработка углеводородов — химическая продукция не только необходима на внутреннем российском рынке, но и активно экспортируются. Многие европейские инвесторы, несмотря на санкции, продолжают работать с проектами по нефти и газу в России.
Поэтому даже сейчас европейские санкции гораздо мягче, чем американский пакет: ЕС все-таки важно сотрудничать с Россией, и в большинстве стран доминирует желание постепенно уходить от санкционного режима.
Флориан Виллерсхаузен, газета «Известия»