Будни клубничного ада

Что ждет украинцев на заработках в Польше

Ири­на Каче­нюк из Хмель­ниц­ко­го соби­ра­ла клуб­ни­ку в Поль­ше, одна­ко семей­ные про­бле­мы заста­ви­ли ее вер­нуть­ся в Укра­и­ну в самый раз­гар ягод­но­го сезо­на. Ири­на езди­ла на «трус­кав­ки» вто­рой год под­ряд — и, по ее сло­вам, в этом году ситу­а­ция с усло­ви­я­ми тру­да ока­за­лось зна­чи­тель­но хуже, чем рань­ше. Спрос на рабо­чую силу из Укра­и­ны рас­тет — но зара­бо­ток замет­но сни­жа­ет­ся, несмот­ря на непло­хой уро­жай. А отно­ше­ние к ино­стран­ным тру­до­вым мигран­там ста­но­вит­ся хуже.

— Мы рабо­та­ли в неболь­шом селе око­ло горо­да Новы-Двур-Мазо­вец­ки — рас­ска­зы­ва­ет Ири­на. — это не очень дале­ко от Вар­ша­вы, там мно­го укра­ин­цев на «трус­кав­ках». В этом году неко­то­рые фир­мы орга­ни­зо­вы­ва­ли спе­ци­аль­ные авто­бу­сы из укра­ин­ских горо­дов — мы их назы­ва­ем «клуб­нич­ны­ми буса­ми». И сра­зу дава­ли на месте рабо­ту и жилье. Жить, прав­да, надо было в клуне. Так назы­ва­ет­ся боль­шой амбар, или хлев — в общем, сель­ско­хо­зяй­ствен­ная при­строй­ка, кото­рая для жиз­ни людей явно не при­спо­соб­ле­на. Зимой там сде­ла­ли пола­ти на два­дцать чело­век — спе­ци­аль­но для нас. Очень тес­но, очень душ­но, мыть­ся мож­но толь­ко полив­ной водой из-под шлан­га — но не надо пла­тить. Зато если в про­шлом году кор­ми­ли сами хозя­е­ва, то теперь надо поку­пать еду само­сто­я­тель­но. А еда-то не деше­вая, и часть зара­бот­ка все рав­но ухо­ди­ла на про­дук­ты, как ты не эко­но­мишь.

Реаль­ный зара­бо­ток укра­ин­ско­го заро­бит­ча­ни­на состав­ля­ет сей­час око­ло 100 зло­тых в день — в месяц мож­но зара­бо­тать око­ло 600 или 700 дол­ла­ров. Это непло­хо для Укра­и­ны, но заро­бит­ча­нам надо рабо­тать с 6 или 7 часов утра до 7 часов вече­ра. Фор­маль­но, они име­ют один выход­ной в неде­лю, но рабо­то­да­тель тре­бо­вал от Ири­ны и ее подруг тру­дить­ся без выход­ных, что­бы не про­пал уро­жай. И они были вынуж­де­ны согла­шать­ся на эти усло­вия, что­бы не ссо­рить­ся с хозя­и­ном.

— В про­шлом году я два раза пада­ла в обмо­рок. Рабо­та вро­де про­стая, но очень тяже­лая. Надо рабо­тать даже в про­лив­ной дождь, в рези­но­вых сапо­гах и накид­ке. Но хуже все­го жара — от солн­ца не спря­тать­ся, пана­ма не спа­са­ет. К кон­цу рабо­че­го дня у тебя все плы­вет перед гла­за­ми, ноги болят, спи­на болит. К тому же, клуб­ни­ку обра­ба­ты­ва­ют хими­че­ски­ми аэро­зо­ля­ми, и у мно­гих от них пят­на идут по коже. Вече­ром у тебя часто нет сил даже не то, что­бы спо­лос­нуть­ся и пере­одеть­ся, хочет­ся лежать без дви­же­ния, пока не пере­ста­нут болеть спи­на, ноги и руки. А я еще счи­та­ют вынос­ли­вой, неко­то­рые после пер­вых дней рабо­ты под­нять­ся не могут — вспо­ми­на­ет Ири­на. — Из нас хотят выжать все. В про­шлом году выго­ня­ли на рабо­ту на като­ли­че­скую Тро­и­цу и празд­ник Пет­ра и Пав­ла, что­бы яго­ды не про­па­ли. Я сама поху­де­ла за четы­ре неде­ли на семь кило­грамм.

Хуже все­го то, что поль­ские рабо­то­да­те­ли неред­ко обма­ны­ва­ют укра­ин­цев. Для это­го суще­ству­ет целый ряд уло­вок. По сло­вам Ири­ны, в одном из слу­ча­ев фер­мер сре­зал зар­пла­ту почти на поло­ви­ну — моти­ви­руя это тем, что яго­ды в коро­бах были при­дав­ле­ны и пусти­ли сок. Хотя все зна­ли, что это яго­ды помял силь­ный ливень с гра­дом, кото­рый обру­шил­ся на план­та­ции нака­нуне. Ино­гда все дела­ет­ся еще про­ще — при рас­че­те укра­ин­цам пла­тят мень­ше, чем обе­ща­ли, моти­ви­руя это тем, что рас­цен­ки на сосед­них фер­мах упа­ли, и ему нет смыс­ла пла­тить боль­ше, чем пла­тят дру­гие клуб­нич­ные биз­не­сме­ны. Как пра­ви­ло, всем обе­ща­ют пла­тить по 130–150 зло­тых в день, но, как было ска­за­но выше, пла­тят не боль­ше ста.  Заро­бит­чане не могут ниче­го сде­лать — прак­ти­че­ски все они рабо­та­ют в Поль­ше неле­галь­но, въе­хав в стра­ну по био­мет­ри­че­ским пас­пор­там, а усло­ви­ях их най­ма не про­пи­са­ны ни в каких дого­во­рах.

— Один парень даже запла­кал, когда с ним так посту­пи­ли — вспо­ми­на­ет заро­бит­чан­ка из Хмель­ниц­ко­го, — Он, навер­ное, рас­счи­ты­вал, что зара­бо­та­ет боль­ше, да и вооб­ще, ему навер­ня­ка было обид­но, ведь тру­ди­лись очень тяже­ло. А сде­лать ты с этим пан­ским бес­пре­де­лом ниче­го не можешь.

Впро­чем, по сло­вам Ири­ны, тру­до­вых мигран­тов из Укра­и­ны обма­ны­ва­ют фир­мы-посред­ни­ки, кото­рые обе­ща­ют им нере­аль­ные зара­бот­ки. Основ­ны­ми их пред­ста­ви­те­ля­ми явля­ют­ся укра­ин­цы, кото­рые зани­ма­ют­ся рекру­тин­гом для поль­ских фер­ме­ров. В усло­ви­ях хро­ни­че­ско­го дефи­ци­та рабо­чей силы, кото­рый все­гда ощу­ща­ет­ся в горя­чий сезон сбо­ра ягод, они, в бук­валь­ном смыс­ле, тор­гу­ют голо­ва­ми укра­ин­ских заро­бит­чан, полу­чая за каж­до­го работ­ни­ка око­ло 100–150 зло­тых с голо­вы.

Сей­час эта охо­та на рабо­чую силу в самом раз­га­ре. Соглас­но сооб­ще­ни­ям поль­ских СМИ, фер­мер­ские хозяй­ства стра­ны могут поте­рять до 40% спе­лой клуб­ни­ки и мали­ны, если в бли­жай­шие неде­ли к убор­ке уро­жая не будет при­вле­че­но допол­ни­тель­ное коли­че­ство тру­до­вых мигран­тов. С этой целью фер­ме­ры даже обра­ти­лись к вла­стям с прось­бой закрыть гла­за на неле­галь­ный труд сезон­ных рабо­чих, про­пус­кая в стра­ну даже тех, у кого нет на руках ниче­го, кро­ме био­мет­ри­че­ских пас­пор­тов. Пото­му что сего­дня поль­ские погра­нич­ни­ки неред­ко раз­во­ра­чи­ва­ют пас­са­жи­ров «клуб­нич­ных бусов», под пред­ло­гом того, что у них нет с собой прак­ти­че­ски ника­ких денег и доку­мен­тов, под­твер­жда­ю­щих бро­ни­ро­ва­ние жилья.

«Работ­ни­ки из Укра­и­ны очень дол­го ждут визы, а на осно­ве био­мет­ри­че­ских пас­пор­тов их не впус­ка­ют в Поль­шу, посколь­ку, по утвер­жде­нию Тамо­жен­ной служ­бы, на осно­ве таких пас­пор­тов могут въез­жать толь­ко тури­сты. Меж­ду тем соглас­но зако­ну вла­дель­цы этих пас­пор­тов так­же могут рабо­тать — в тече­ние трех меся­цев. Поль­ской эко­но­ми­ке это очень помог­ло бы», —  рас­ска­зал «Поль­ско­му радио» пре­зи­дент Наци­о­наль­ной ассо­ци­а­ции про­из­во­ди­те­лей ово­щей и фрук­тов Анджей Гаев­ни­чек.

При этом, по мне­нию Ири­ны, отно­ше­ние к укра­ин­цам посте­пен­но ста­но­вит­ся хуже — несмот­ря на острую вос­тре­бо­ван­ность их тру­да.

— Не могу ска­зать, что я очень мно­го обща­лась с поля­ка­ми — боль­ше с яго­да­ми — гово­рит об этом Ири­на. — Да и язы­ко­вый барьер созда­ет нема­ло про­блем. Но если в Вар­ша­ве на нас никто не обра­ща­ет вни­ма­ния, то в селах есть недоб­ро­же­ла­тель­ное отно­ше­ние. В про­шлом году перед отъ­ез­дом несколь­ко укра­ин­цев пошли погу­лять по горо­ду Новы-Двур-Мазо­вец­ки, и к ним ста­ли цеп­лять­ся мест­ные ребя­та. Гово­ри­ли, что если они при­е­ха­ли сюда рабо­тать, то пусть сидят на полях, а здесь им ходить нече­го.  Хотя были люди, кото­рые отно­си­лись ко мне очень хоро­шо, по чело­ве­че­ски.

Ири­на Каче­нюк еще не зна­ет, поедет ли она в Поль­шу — сей­час ей при­хо­дит­ся уха­жи­вать за боль­ной сест­рой.  Но не исклю­ча­ет того, что уже в сле­ду­ю­щем меся­це они вновь поедут через гра­ни­цу, что­бы соби­рать виш­ню. В любом слу­чае это гораз­до боль­ше, чем 4 тыся­чи гри­вен, кото­рые она полу­ча­ет дома на почте. Как и мно­гие дру­гие укра­ин­цы, Ири­на видит в тру­до­вой мигра­ции един­ствен­ную воз­мож­ность реаль­но­го зара­бот­ка. А мыс­ли таких людей заня­ты сей­час исклю­чи­тель­но про­бле­ма­ми выжи­ва­ния.

— Поли­ти­ка заро­бит­чан такое вооб­ще инте­ре­су­ет. Ты дума­ешь о том, как не сва­лить­ся — ника­кой Бан­де­ра, Путин, Поро­шен­ко или Тимо­шен­ко в голо­ву в этот момент нико­му не лезет. Толь­ко когда сто­я­ли в оче­ре­ди на таможне в, бусе, заго­во­ри­ли о том, как вышло, что всем нам при­хо­дит­ся ехать в этот клуб­нич­ный ад.

Андрей Ман­чук, Ukraina.ru