Польша в поисках пятого угла

России все равно, какой газ будет покупать Варшава – трубопроводный или СПГ: и тот, и другой все равно будут российским

Вар­ша­ва упря­мо пыта­ет­ся отме­нить зако­ны при­ро­ды и эко­но­ми­ки. Агент­ство Bloomberg цити­ру­ет заяв­ле­ние Пет­ра Наим­ско­го, кури­ру­ю­ще­го в пра­ви­тель­стве «газо­вые вопро­сы», о при­ня­том в Поль­ше плане пол­но­го отка­за от импор­та рос­сий­ско­го газа. Мол, после исте­че­ния в 2022 году теку­ще­го кон­трак­та с «Газ­про­мом», его про­дле­ние боль­ше не пла­ни­ру­ет­ся. Мол, впер­вые с 1944 года Поль­ша пол­но­стью осво­бо­дит­ся от «рос­сий­ской энер­ге­ти­че­ской зави­си­мо­сти».

Впро­чем, раз­ве что имен­но от рос­сий­ской, так как соб­ствен­ная добы­ча в слан­цах так и не нача­лась, поэто­му потреб­ность стра­ны в импор­те энер­го­но­си­те­лей оста­ет­ся на преж­нем уровне в 78−80%. С той лишь раз­ни­цей, что после 2022 года глав­ным в струк­ту­ре поста­вок ста­нет газ из Нор­ве­гии. Точ­нее, дол­жен стать, так как поль­ские пла­ны, как все­гда, доволь­но суще­ствен­но рас­хо­дят­ся с реаль­но­стью даже сей­час.

Нет, фор­маль­но Нор­ве­гия в насто­я­щий момент про­дол­жа­ет оста­вать­ся круп­ней­шим добыт­чи­ком и экс­пор­те­ром энер­го­но­си­те­лей в ЕС. Если пик добы­чи неф­ти уже явно прой­ден — с 2015 года извле­ка­е­мые объ­е­мы еже­год­но сни­жа­ют­ся на 1,4−1,5%, а в 2018 ожи­да­ет­ся паде­ние уже на 2%, то за счет осво­е­ния новых место­рож­де­ний добы­ча газа сохра­ня­ет­ся на более или менее преж­нем уровне в 124 млрд. кубо­мет­ров. На бума­ге циф­ры выгля­дят даже рекорд­ны­ми отно­си­тель­но про­шло­го пика 2001 года, что и дает осно­ва­ние поля­кам рас­смат­ри­вать Нор­ве­гию в каче­стве надеж­но­го аль­тер­на­тив­но­го источ­ни­ка. Как водит­ся, все меня­ют дета­ли.

Во-пер­вых, удер­жа­ние рекор­да обес­пе­чи­ва­ет­ся высо­ки­ми тем­па­ми осво­е­ния новых место­рож­де­ний, кото­рые ранее счи­та­лись бес­пер­спек­тив­ны­ми по при­чине кро­шеч­но­сти объ­е­ма извле­ка­е­мых запа­сов. Если пер­вые сква­жи­ны актив­но фон­та­ни­ро­ва­ли на про­тя­же­нии трех и более десят­ков лет, то в новых дебет начи­на­ет падать уже через пол­го­да экс­плу­а­та­ции. Да и этих мел­ких пузы­рей в Север­ном море нахо­дит­ся все мень­ше. Опре­де­лен­ные надеж­ды Нор­ве­гия свя­зы­ва­ет с осво­е­ни­ем запа­сов Север­но­го Ледо­ви­то­го оке­а­на, но там все пока слиш­ком вила­ми по воде, что­бы гово­рить о про­гно­зах серьез­но.

Во-вто­рых, при всей тор­же­ствен­но­сти успе­хов, Нор­ве­гия уже пол­но­стью про­да­ет весь объ­ем добы­чи. Потреб­ность Поль­ши по газу рав­ня­ет­ся поряд­ка 15 млрд. кубо­мет­ров в год, из кото­рых 84% обес­пе­чи­ва­ет «Газ­пром». Впро­чем, по ито­гам пер­во­го квар­та­ла теку­ще­го года PGNiG с гор­до­стью отра­пор­то­ва­ла о сокра­ще­нии доли заку­пок у Рос­сии аж на целых шесть про­цент­ных пунк­тов, сни­зив «зави­си­мость» с 84 до 78%. Но даже в этом слу­чае речь идет о спо­соб­но­сти Нор­ве­гии изыс­кать в сво­их объ­е­мах «лиш­ние» 9,3 млрд. кубо­мет­ров для обес­пе­че­ния запро­са поля­ков.

Скан­ди­на­вы не скры­ва­ют изряд­ной доли сомне­ний в реа­ли­стич­но­сти тако­го сце­на­рия, но пока и не отка­зы­ва­ют потен­ци­аль­ным кли­ен­там в буду­щем. Рынок — шту­ка дина­мич­ная. Ряд тра­ди­ци­он­ных поку­па­те­лей, таких как, напри­мер, Париж с Бер­ли­ном, наме­ка­ют на пере­ме­ны в их ком­мер­че­ской поли­ти­ке, свя­зан­ные с «Север­ным потоком‑2». Так что иметь на при­ме­те «запас­ной вари­ант» для пере­ки­ды­ва­ния излиш­ков, если такие обра­зу­ют­ся, более чем полез­но. Тем более что ника­ких теку­щих финан­со­вых обя­зан­но­стей это за собой не ведет. Ну, а если, как гово­рят спе­ци­а­ли­сты, где-то после 2021 года объ­ем добы­чи газа падать все-таки нач­нет, то и вопрос поста­вок в Поль­шу отпа­дет сам собой авто­ма­ти­че­ски.

Что каса­ет­ся самой Поль­ши, то на дан­ный момент она заку­па­ет поряд­ка 11 млрд. кубо­мет­ров газа в год по сле­ду­ю­щей схе­ме. Непо­сред­ствен­но напря­мую у РФ при­об­ре­та­ет­ся 60,3% объ­е­ма. Еще 22% Вар­ша­ва берет «в Евро­пе», делая вид, что не подо­зре­ва­ет о рос­сий­ском про­ис­хож­де­нии по мень­шей мере 2/3 этой циф­ры. Отсю­да и воз­ни­ка­ет неко­то­рая пута­ни­ца в отче­тах, когда доля «Газ­про­ма» гуля­ет: когда надо нагнать стра­ху, до 80%, а когда пока­зать успе­хи в борь­бе про­тив рос­сий­ско­го моно­по­лиз­ма, пада­ет до 60%.

Поми­мо рос­сий­ско­го тру­бо­про­вод­но­го, поля­ки попы­та­лись сде­лать став­ку на закуп­ки сжи­жен­но­го газа, постро­ив для это­го у себя целый тер­ми­нал. Под него они по кон­трак­ту обя­за­лись брать 1,5 млрд. кубо­мет­ров (в пере­сче­те на обыч­ный газ) в год у Ката­ра, ока­зав­шись послед­ней стра­ной, что назы­ва­ет­ся успев­шей впрыг­нуть в послед­ний вагон ухо­дя­ще­го поез­да. После 2009 Катар кон­трак­тов на постав­ку в Евро­пу боль­ше не заклю­чал. Весь при­рост его добы­чи ухо­дит на зна­чи­тель­но более выгод­ные по цене ази­ат­ские рын­ки.

Как это у поля­ков часто слу­ча­ет­ся, пла­ни­ро­вав­ша­я­ся побе­да обер­ну­лась убыт­ком. Дина­ми­ка рыноч­ных цен, даже с уче­том отча­ян­но­го про­ти­во­дей­ствия Евро­пы «рос­сий­ской газо­вой экс­пан­сии» с помо­щью раз­ных откро­вен­но поли­ти­зи­ро­ван­ных при­е­мов, все рав­но сде­ла­ла раз­ни­цу меж­ду тру­бо­про­вод­ным и сжи­жен­ным газом слиш­ком высо­кой. Из тех­ни­че­ски зало­жен­ных в про­ект тер­ми­на­ла в Сви­но­уй­с­це мощ­но­стей в 5 млрд. кубов в год, фак­ти­че­ски загру­же­ны лишь те 1,5 «катар­ских» мил­ли­ар­да. Боль­ше жела­ю­щих поль­зо­вать­ся его услу­га­ми в Евро­пе не нахо­дит­ся. Сосе­ди по При­бал­ти­ке пыта­ют­ся играть в соб­ствен­ные игры, а осталь­ным про­ще и дешев­ле поку­пать газ по тра­ди­ци­он­ным схе­мам.

В ито­ге полу­чи­лось фиа­ско. Идео­ло­ги­че­ски непра­виль­ный рос­сий­ский газ обхо­дит­ся поля­кам в 195 долл. за тыся­чу куби­че­ских мет­ров. Тогда как катар­ский, после рега­зи­фи­ка­ции вле­та­ет в 319. Конеч­но, поли­ти­че­ски мож­но сколь­ко угод­но играть циф­ра­ми, сме­ши­вая кро­шеч­ный объ­ем доро­го­го ближ­не­во­сточ­но­го с деше­вым рос­сий­ским газом и рас­ска­зы­вать насе­ле­нию, что поиск аль­тер­на­ти­вы рос­сий­ской агрес­сии на конеч­ной цене газа для Поль­ши прак­ти­че­ски не ска­зы­ва­ет­ся. Рост как бы дей­стви­тель­но есть, но он состав­ля­ет доли про­цен­тов, что мож­но спо­кой­но игно­ри­ро­вать ради высо­кой цели.

Но мате­ма­ти­ка есть мате­ма­ти­ка. Обма­нуть ее слож­но. 319 дол­ла­ров за 1 тыся­чу кубов — это в 1,63 раза доро­же рос­сий­ской цены. Плюс тяже­лы­ми гиря­ми на баланс ложат­ся экс­плу­а­та­ци­он­ные издерж­ки мини­мум вдвое недо­гру­жен­но­го СПГ-тер­ми­на­ла, пото­му глу­бо­ко убы­точ­но­го в нынеш­нем режи­ме экс­плу­а­та­ции.

Серьез­ные надеж­ды на исправ­ле­ние ситу­а­ции Вар­ша­ва воз­ла­га­ла на вашинг­тон­ские обе­ща­ния поста­вок СПГ из США. И дей­стви­тель­но, в тече­ние 2017 года в Сви­но­уй­с­це при­шли два аме­ри­кан­ских газо­во­за в каче­стве пилот­ных про­ек­тов для тести­ро­ва­ния вари­ан­та. С уче­том всех ски­док и про­чих вре­мен­ных реше­ний, ито­го­вая цена полу­чи­лась в 266 долл. за тыся­чу кубов, что по-преж­не­му доро­же рос­сий­ско­го тру­бо­про­вод­но­го, но замет­но дешев­ле катар­ско­го сжи­жен­но­го.

Одна­ко поля­ки не были бы поля­ка­ми, удер­жись они от про­яв­ле­ния сво­е­го тра­ди­ци­он­но­го гоно­ра. Вме­сто про­яв­ле­ния заин­те­ре­со­ван­но­сти в явно выгод­ном для них пред­ло­же­нии, Вар­ша­ва тут же сде­ла­ла вид, что аме­ри­кан­ский газ ей не очень-то и нужен. Но она гото­ва для пере­го­во­ров, если США суме­ют сде­лать доста­точ­но инте­рес­ное рыноч­ное пред­ло­же­ние.

Учи­ты­вая откро­вен­ную поли­ти­зи­ро­ван­ность аме­ри­кан­ских попы­ток экс­пор­та газа в Евро­пу с целью оста­но­вить «Север­ный поток‑2», план, кото­рый не сра­бо­тал — сто­ит ли удив­лять­ся, что Вар­ша­ва до сих пор ника­ких пред­ло­же­ний из Вашинг­то­на не полу­чи­ла вовсе? Не то, что для Поль­ши, в США нет сколь­ко-нибудь замет­ных объ­е­мов газа для всей Евро­пы вооб­ще. Все там име­ю­ще­е­ся сей­час тоже пере­ори­ен­ти­ру­ет­ся на более доро­гие ази­ат­ские рын­ки.

Но идея «углу­бить и рас­ши­рить» дивер­си­фи­ка­цию для поля­ков ста­ла иде­фикс. Пото­му, когда не сра­бо­та­ли «катар­ский» и «аме­ри­кан­ский» пла­ны, Вар­ша­ва вце­пи­лась в про­ект про­клад­ки газо­про­во­да в Скан­ди­на­вию. СПГ-вари­ан­ты уже не рас­смат­ри­ва­ют­ся. Как пото­му, что при­мер Лит­вы убе­ди­тель­но пока­зал доро­го­виз­ну само­го СПГ, так и по при­чине появ­ле­ния у «Газ­про­ма» соб­ствен­но­го СПГ-пред­ло­же­ния, кото­рое, по извеч­но­му рус­ско­му ковар­ству, опять ока­за­лось зна­чи­тель­но более деше­вым. Но у рус­ских брать нель­зя. Точ­ка.

Впро­чем, поль­ский инте­рес тут кро­ет­ся не толь­ко в самом газе. Про­ект Baltic Pipe сто­и­мо­стью в 1,5 млрд. евро офи­ци­аль­но счи­та­ет­ся поль­ским, а зна­чит руко­во­дить его реа­ли­за­ци­ей дол­жен будет кон­церт под поль­ским руко­вод­ством (сле­до­ва­тель­но, с при­вле­че­ни­ем поль­ских суб­под­ряд­чи­ков), тогда как финан­си­ро­вать его Вар­ша­ва наме­ре­на из кол­лек­тив­ных струк­тур­ных фон­дов ЕС. Гру­бо гово­ря, под мар­кой реше­ния «про­бле­мы рос­сий­ской газо­вой интер­вен­ции» поля­ки пла­ни­ру­ют немнож­ко рас­пи­лить бес­плат­ных евро­пей­ских денег.

И очень даже может быть, что им в дан­ном слу­чае это удаст­ся. Хоть и не в пол­ном объ­е­ме. Идея «бал­тий­ской тру­бы» вклю­ча­ет в себя модер­ни­за­цию швед­ской и дат­ской ГТС, в кото­рой обе стра­ны силь­но заин­те­ре­со­ва­ны. Про­сто так ее бы при­шлось вести стро­го за соб­ствен­ные день­ги. При­со­еди­не­ние Поль­ши юри­ди­че­ски пре­вра­ща­ет его в меж­ду­на­род­ный про­ект, а зна­чит, дает желез­ные осно­ва­ния на вклю­че­ние в обще­ев­ро­пей­скую про­грам­му раз­ви­тия инфра­струк­ту­ры Евро­со­ю­за. А зна­чит, и тре­бо­вать его денег.

Дру­гой вопрос, что в сво­их заяв­ле­ни­ях о най­ден­ной аль­тер­на­ти­ве, поля­ки, как все­гда, очень силь­но пре­уве­ли­чи­ва­ют. Несмот­ря на достиг­ну­тые согла­ше­ния с Дани­ей, поло­жи­тель­но­го реше­ния Евро­ко­мис­сии еще нет. И учи­ты­вая про­бле­мы с вопро­сом сохра­не­ния «про­грамм вырав­ни­ва­ния» на сле­ду­ю­щий бюд­жет­ный пери­од 2020—2026 годов, оно име­ет шан­сы не появить­ся вовсе. В тео­рии рабо­ты по про­клад­ке 230 км тру­бы через Бал­ти­ку долж­ны начать­ся уже через пол­то­ра года, что­бы как раз к 2022 вве­сти тру­бо­про­вод в экс­плу­а­та­цию, но по сей день нет не толь­ко полу­чен­ных раз­ре­ше­ний от «над­зи­ра­ю­щих и кон­тро­ли­ру­ю­щих орга­нов ЕС», пока отсут­ству­ет даже сам тех­ни­че­ский про­ект. Его раз­ра­бот­ка сто­ит денег, кото­рые, до полу­че­ния офи­ци­аль­но­го согла­сия Брюс­се­ля на финан­си­ро­ва­ние, поля­ки из сво­е­го кар­ма­на тра­тить не спе­шат.

А самое во всей этой исто­рии смеш­ное заклю­ча­ет­ся в том, что к 2022 году объ­е­мы добы­чи газа в Нор­ве­гии нач­нут окон­ча­тель­но падать, вынуж­дая ее все актив­нее, под видом сво­е­го, пере­про­да­вать все тот же рос­сий­ский газ. Толь­ко уже сжи­жен­ный, с Яма­ла. В про­шлом году две подоб­ные сдел­ки уже были отме­че­ны. Так что, в конеч­ном сче­те поля­ки будут поку­пать все тот же рос­сий­ский газ, толь­ко про­шед­ший через пару-трой­ку посред­ни­ков и пре­вра­тив­ший­ся в «аль­тер­на­тив­ный», соот­вет­ствен­но, и более доро­гой. Но тут уже хозя­ин — барин. Рос­сию такой вари­ант тоже устра­и­ва­ет.

Алек­сандр Заполь­скис, ИА REGNUM