Два турецких министра — юстиции и внутренних дел — теперь оказались невъездными в США, а Турция изучает, есть ли у их американских коллег активы в республике, чтобы их заморозить. Это новый виток конфликта между двумя странами, демонстрирующий всему миру, что их дружба трещит по швам как минимум последние два года. Но свидетельствует ли он о реальной проблеме в отношениях или это часть игры, в которую вовлечены президенты двух стран Тайип Эрдоган и Дональд Трамп?
Сейчас сложно определить, кто кого втянул в эту игру первым, поскольку нынешняя напряженность — это итог череды событий и поступков обеих сторон.
С 2013 года у Турции появились предметные претензии к США по поводу проживающего там с 1999 года исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого Анкара посчитала главным идеологом общереспубликанских протестов того периода. Но в особо острую фазу конфликт вошел после попытки путча в июле 2016 года.
Анкара назвала Гюлена автором переворота и потребовала его выдачи. Вашингтон услышал турецких коллег, но ничего не предпринял.
В мае 2018 года американский суд приговорил турецкого бизнесмена, замглавы Халкбанка Хакана Атиллу к двум годам и восьми месяцам тюрьмы за нарушение американских санкций против Ирана.
Поспособствовал этому турецко-американский предприниматель Реза Зарраб, находившийся сначала под арестом в США как обвиняемый, но потом ставший свидетелем — он согласился рассказать о незаконных схемах, в которых участвовал в пользу Турции и ее торговли с Ираном.
Турция полностью открестилась от обвинений в нарушении антииранских санкций, заявив, что все было по закону и в соответствии с национальными интересами, но оказалась крайне обижена на США за такой болезненный укол.
Пастор
Анкара ответила на суд над Атиллой приговором пастору-евангелисту Эндрю Брансону. Этот священнослужитель приехал в республику более 20 лет назад и руководил протестантской Церковью Воскресения в городе Измир. Он был арестован еще в 2017 году по обвинению в связях с запрещенными в Турции Рабочей партией Курдистана и Террористической организацией фетхуллахистов (ФЕТО) — последователей Гюлена.
После того как суд отказался отпускать Брансона и назначил новое слушание на 12 октября, американское руководство начало атаку на Анкару. Вице-президент Майкл Пенс с христианским пафосом дал отповедь Турции.
«Пастор Брансон – американский гражданин, который жил в Турции более двух десятков лет, растя семью, служа и делясь словом Иисуса Христа. Он провел в тюрьме год без предъявления обвинений. А когда турецкое правительство, наконец, предъявило их, оно обвинило пастора в якобы расколе Турции тем, что он просто распространял христианскую веру. Эндрю Брансон невиновен, нет никаких надежных улик против него. (…) Всем верующим в Америке я говорю: «Молитесь за пастора Брансона», – цитирует Пенса сайт Белого Дома.
А Трамп не заставил себя долго ждать, запретив двум турецким министрам въезд в страну и введя прочие попутные ограничения, связанные с активами этих лиц в США. Формально это ответ на решение по Брансону. Но эффективен ли он, соразмерен ли масштабам личности пастора?
Информация о священнике крайне скудна. Он родился в 1966 году, принадлежит к Евангелистской пресвитерианской церкви (ЕПЦ) США, женат на Норин Брансон, имеет троих детей. В 1993 году он приехал в Турцию в рамках миссии Associate Reformed Presbyterian Church — консервативного евангелического сообщества. В 2010 году после рукоположения в ЕПЦ он открыл Церковь Воскресения в Измире.
По имеющимся в открытых источниках данным, пастор много раз ездил на юго-восток Турции, помогал сирийским беженцам, общался с местным курдским населением. В ходе этих поездок он будто бы проводил антитурецкую агитацию в пользу ФЕТО и Рабочей партии Курдистана.
По данным некоторых местных СМИ, в материалах дела вроде бы говорится о том, что Брансон предпринимал действия, чтобы спровоцировать сепаратистское движение на юго-востоке Турции.
Пропагандистская турецкая газета «Таквим» называет Брансона «высокопоставленным членом ФЕТО, шпионом американцев». А в одном из номеров даже пишет со ссылкой на неназванные источники, что в случае успеха путчистов в Турции пастор занял бы место главы ЦРУ США.
Пользователи одной из популярных дискуссионных онлайн-площадок Турции задаются вопросом, кто же такой Брансон, если его так хочет вернуть Трамп. Кто-то уверен, что он важный и очень информированный агент ЦРУ, который 20 лет работал в Турции под прикрытием. Есть версия, что он просто агент американского влияния и ФЕТО, в задачи которого входило посильное раскачивание обстановки в республике.
Гюлен или Атилла
Брансон — член евангелистского сообщества Америки, сообщества с внушительным влиянием на истеблишмент США.
А хозяину Белого дома он нужен, чтобы предъявить его местным христианам, сомневающимся в эффективности президента.
Брансон — это разменная монета для турок. И нет, на Гюлена его менять никто не собирается. Вообще, Гюлен Турции нужен именно в США, чтобы иметь повод уколоть Вашингтон при необходимости. Так что все эти нападки на Штаты насчет укрывательства «террориста Гюлена» не больше чем пропаганда и популизм Анкары.
Она хотела бы обменять пастора на арестованного зампреда Халкбанка Хакана Атиллу, которого считает чистым перед американским, своим и международным законом.
Считается, что, пока Трамп кричит в Twitter, глава Госдепа Майк Помпео спокойно обсуждает с турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу варианты. Об этом, в частности, рассказал газете «Сезджу» опытный турецкий дипломат, бывший посол Шюкрю Элекдаг, чьи прогнозы, по утверждению газеты, «всегда оказывались верными». Он считает, что договоренность об обмене Атиллы на Брансона практически оформилась. Брансон выходит на свободу, а Атилла возвращается в Турцию доотбывать свой почти трехлетний срок. Пока же сторонам не удается договориться о некоторых существенных деталях такой сделки.
Турецкий конструктивизм
Трамп ведет себя на переговорах, требующих более тонкого дипломатического подхода, как бизнесмен с хищническими повадками, хитро и вероломно. Это объяснимо, если учесть, что рейтинг американского президента внутри страны сейчас низок.
И в преддверии промежуточных выборов в Конгресс, когда его противники так и ждут провала, Трамп идет на усугубление имеющихся проблем на международной арене в надежде, что в какой-то из областей это принесет ему бонусы.
Поэтому он возвращает санкции против Ирана, который так и не отошел (в представлении трамповской администрации) от «оси зла». Он ввел санкции против своего союзника по НАТО — Турции, что, как отмечают в Анкаре, вообще произошло впервые.
Близкие к турецкому правительству обозреватели, однако, считают идеологом напряженности с Эрдоганом вице-президента Майкла Пенса. С этим мнением можно поспорить. Трамп ведет себя так, как ему хочется, и потом с шумом и колкими шутками в различных late night show получает и от демократов, и от своих же республиканцев.
На повышение пошлин на импорт металла турки, как и другие страны, нашли зеркальный ответ в той же экономической плоскости. Приостановка по решению США (в качестве реакции на закупку Анкарой российских С‑400) участия Турции в программе истребителя F‑35 очень спорна с точки зрения международного законодательства.
Эрдоган распорядился заморозить счета глав Минюста и МВД США с важной оговоркой — «если такие есть в Турции».
Эффект
Все это часть бизнес-дискуссии привыкшего бросать молнии Трампа с гордым наследником османов, который в состоянии парировать такие удары.
Пока что единственный негативный эффект, который оказало противостояние двух президентов, — это падение курса турецкой лиры, которая обновила исторический минимум, и курс перевалил за психологически важный барьер в 5 лир за доллар.
Это действительно очень нехорошо, ведь турецкое бизнес-сообщество ранее отмечало, что наиболее комфортный курс в нынешних экономических условиях был бы не более 4,3 лиры за доллар.
В Анкаре ходят слухи о том, что Эрдоган и Трамп могут в скором времени снова встретиться. В повестке тогда, конечно, будет Брансон, антииранские санкции, к которым Турция не намерена пока присоединяться, обширная и сложная тема Сирии. Ну и конечно, теплые отношения Анкары и Москвы.
Многие аналитики высказывают мнение, что в условиях нынешнего похолодания между США и Турцией России надо подсуетиться и притянуть Эрдогана к себе поближе. Некоторые ультраоптимисты из обозревателей даже считают, что можно заложить почву для выхода Турции из НАТО. В современной международной конъюнктуре это невозможно.