Разговорам о дедолларизации экономики уже не первый год, но в 2018 — они приобрели практическое измерение. Здесь и вполне конкретные заявления официальных лиц, и дискуссия в экспертных кругах, ну и главное – разработанный план действий, подготовленный сразу несколькими ведомствами и внесенный в начале октября в правительство
Первые вопросы, которые возникают у человека, незнакомого с темой – для чего она нужна, почему именно сейчас и что она из себя будет представлять? Неужели Россия покусилась на мировое лидерство доллара? Или у нас захотели изъять (конвертировать) у населения все накопления в этой валюте? Конечно же, нет.
Если говорить о краткосрочной и среднесрочной перспективах, первое пока невозможно по причине объективно сложившейся за многие десятилетия ситуации, при которой доллар является основной валютой, чьи активы составляют больше 62% в резервах центральных банков мира. При этом, по данным международной организации расчетов SWIFT, на нее приходится и около 40% всех платежей. Поэтому любые попытки кардинально потеснить доллар будут носить характер очень долгих и непростых процессов.
Более того, если бы американские власти не стали использовать могущество доллара в политических целях, наверняка, все дискуссии о дедолларизации, которые ведутся не только в России, но и в других странах, включая европейские, так бы и остались просто благими намерениями.
Текущие задачи по дедолларизации российской экономики гораздо более приземленные, хотя и отнюдь не простые в реализации. Речь идет не о том, чтобы выкинуть доллар с мирового рынка – на это сегодня не способны ни рубль, ни юань, ни евро, ни какие-либо другие валюты, тем более, действуя поодиночке: как бы Вашингтон сам не ускорял данные процессы, это все же тема весьма отдаленного будущего.
Смысл в том, чтобы уйти от долларовых расчетов в своей внешней торговле, заместив их, например, расчетами в национальных валютах участников той или иной сделки. И, таким образом, как минимум, обезопасить государство и граждан от санкционных атак США в данном направлении. А риски последних, как мы понимаем, достаточно высоки, чтобы можно было просто отмахнуться и ничего с этим не делать.
Как отмечал Владимир Путин, выступая на Российской энергетической неделе, США совершают большую стратегическую ошибку, подрывая доверие к доллару как к резервной валюте.
По мнению спикера Госдумы Вячеслава Володина, никто не ставит цель вытеснять доллар с рынка, но «страны должны защищать и свой суверенитет, и свою финансовую безопасность».
Что же делает Россия в этом направлении?
Во-первых, в копилку общего ухода от долларовой зависимости можно записать резкое сокращение вложений в американские гособлигации. Буквально за несколько месяцев первого полугодия мы выбыли из числа крупнейших держателей государственного долга США. Если на конец марта Россия по этому показателю занимала 16‑ю строчку с показателем в 96,1 миллиарда долларов. То в итоге он сократился до 14,9 миллиарда. При этом в августе Россия перераспределила свои вложения в пользу краткосрочных казначейских бумаг.
Во-вторых, это уже упомянутый план по дедолларизации экономики, который уже внесен в кабмин. Несмотря на то, что он пока не заявлен публично, общие контуры документа говорят о том, что в целом он будет носить мотивирующий характер для субъектов внешнеэкономической деятельности и никак не затрагивает интересы граждан.
К примеру, он предусматривает преференции для экспортеров, которые применяют рублевые расчеты, включая ускоренный возврат НДС и постепенный отказ от обязательной репатриации экспортной выручки, если она будет рублевой.
По сути, власти собираются создавать преференциальный режим, чтобы стимулировать компании переходить на расчет в национальных валютах при внешнеэкономической деятельности, объяснил Антон Силуанов, комментируя планы государства.
Иными словами, в процессе дедолларизации мы имеем дело не с директивно-запретительным подходом, а мягкими, мотивирующими мерами, подталкивающими российский бизнес к «импортозамещению» в расчетах, и, как следствие, существенно снижающими риски в условиях нового возможного витка американских санкций.