Сегодня в Вашингтоне стартуют двухдневные переговоры между представителями КНР и США в целях продвинуться в решении затяжного торгового конфликта. Времени для нахождения компромисса крайне мало — уже 1 марта истекает срок, к которому инициатор торговой войны Дональд Трамп ждет от Пекина существенных уступок, угрожая в противном случае повысить с 10% до 25% тарифы на идущий в США китайский экспорт на сумму в $200 млрд
При этом американцы, для которых разговаривать со всеми с позиции силы — давно устоявшаяся норма, именно угрожают. А китайцы пока пытаются «умиротворить агрессора».
Весной-летом прошлого года, когда торговое обострение еще только набирало обороты, общий тон заявлений китайских официальных лиц звучал в стиле «врагу не сдается наш гордый варяг». Пекин неизменно твердил, что не хочет войны, но раз США в нее все-таки втягивают, он будет отвечать симметрично. И долгое время так и поступал. Некоторые при этом даже утверждали, что, подобно ситуации с санкционным наказанием России за Крым, развязанная США против Китая торговая война также таит не только проблемы, но и новые возможности.
Однако к концу 2018 года и началу 2019-го бравурно-оптимистичные рассуждения уступили место сдержанно-пессимистичным. В январе китайский Институт мировой экономики и политики, ежегодно оценивающий десятки стран с точки зрения рисков и возможностей для капиталовложений из КНР, поставил инвестиционную привлекательность США на 14 строчку из 57 — сразу на 10 строчек ниже, нежели годом ранее. В этом контексте крайне симптоматичным стало недавнее заявление главы китайской корпорации Xiaomi Лэй Цзюня (компании, занимающей шестое место в мире по производству смартфонов) о планах расширения на европейском рынке. Хотя еще весной тот же господин Лэй говорил о задаче укрепить позиции корпорации на рынке США.
Обнародованные в январе данные по росту экономики КНР за 2018 год стали новым гвоздем в крышку гроба китайской уверенности, что торговая война по стране особо и не бьет. В прошлом году вторая экономика мира выросла на 6,6% (в 2017 немногим выше, но темпы прошлого года оказались минимальными с 1990 года). В попытке успокоить рынки выступавший на форуме в Давосе вице-председатель КНР Ваш Цишань заметил, что, вообще-то, экономики других стран не демонстрируют даже такого ежегодного прироста. Но большинство аналитиков встретили замедление китайских экономических темпов с тревогой.
Довольно алармистски прозвучало и недавнее выступление председателя КНР Си Цзиньпина. Открывая на прошлой неделе четырехдневное собрание членов Компартии Китая, окрещенное специальной учебной сессией по национальному контролю за рисками, Си особо отметил озабоченность «непредсказуемыми международными событиями и сложной и чувствительной внешней средой». В китайском политическом лексиконе эта фраза с некоторых пор подразумевает растущие угрозы в результате торговой войны Пекина с Вашингтоном.
Некоторые изменения, между тем, произошли и в США. Ряд американских экспертов, в частности, отмечают, что за последнее время баланс сил в Вашингтоне отчетливо сместился в сторону «ястребов» из числа главных кураторов китайского направления (к ним, например, относятся торговый представитель США Роберт Лайтхайзер, руководитель Национального совета по торговле при Белом доме Питер Наварро, министр торговли Уилбур Росс). И чем более уступчивыми казались китайцы, тем сильней становился нажим американцев.
В начале января в Вашингтоне прошла первая в этом году «пристрельная» встреча переговорщиков двух стран по теме торговли. Еще до ее начала Китай подтвердил свою решимость закупать в США больше товаров, лучше защищать права интеллектуальной собственности и даже пересмотреть закон, обязывающий иностранные компании передавать свои ноу-хау китайцам ради закрепления на рынке КНР. И хотя осуществление обещанного Пекином на деле у многих оставило немало небезосновательных сомнений, уже само отсутствие плохих новостей рынки оценили позитивно.
Впрочем, оптимизм был краткосрочным. На днях Уилбур Росс заявил, что Китай и США пока очень далеки от реального соглашения. И это, в общем-то, неудивительно: один из главных ультиматумом США — требование к правительству Китая отказаться от льготного субсидирования национальных компаний в высокотехнологичных сферах. И если закупать оптом американскую сою КНР может до бесконечности, то поставить по требованию США крест на своем флагманском проекте «Сделано в Китае – 2025», призванном превратить страну в центр инноваций и технологий, — точно нет.
«Цель Китая — заменить США в качестве ведущей сверхдержавы мира, и они используют незаконные методы для достижения этой цели», — без обиняков заявил как-то директор ФБР Крис Рэй. При этом в Вашингтоне фактически открыто признают, что цель самих США в этой ситуации — не допустить лидерства Пекина в чем бы то ни было, но прежде всего в технологичных отраслях.
Случай с нападками в США на ZTE (одного из крупнейших в КНР производителей телекоммуникационного оборудования и мобильных телефонов) и мощная атака на корпорацию Huawei — наглядные подтверждения того, что в этой войне для США все средства хороши, а дисбаланс в торговле с Китаем — просто удобный предлог. Это значит, что какие бы новые уступки ни предложил на этой неделе Пекин, Вашингтон они вряд ли устроят.
При этом и сам Китай не будет уступать до бесконечности. А предъявленные аккурат на этой неделе американским минюстом обвинения против финдиректора Huawei Мэн Вэньчжоу, которую удерживают под домашним арестом в Канаде и вполне могут экстрадировать в США, рискует сделать власти КНР еще менее сговорчивыми.
Теоретически арбитром в споре двух экономических гигантов могла бы стать Всемирная торговая организация, в которую к настоящему моменту уже подано 23 иска на торговую политику США (не только от Китая, но и от России, и от ЕС). На их рассмотрение уйдут годы, но для начала надо еще как-то решить проблему блокирования деятельности арбитража ВТО тем же Вашингтоном.
Наталия Портякова, Известия
Обязательно подписывайтесь на наш канал, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен