Тридцатипятилетний спикер парламента Венесуэлы Хуан Гуаидо стал лидером оппозиции почти случайно.
В студенческие годы он участвовал в акциях протеста против Уго Чавеса, посещал семинары, организованные американскими НПО, где готовили наблюдателей на выборах. Там его приметили кураторы из США, и молодой активист получил стипендию Университета Джорджа Вашингтона — элитного учебного заведения в пригороде американской столицы. Оттуда он вернулся уже готовым оппозиционером, а в 2009 году вместе со старшим товарищем Леопольдо Лопесом основал левоцентристскую партию под звучным названием «Народная воля».
В 2011‑м Гуаидо был избран в парламент от «Народной воли», но долго болтался там на вторых ролях — вплоть до того момента, пока почти все руководство партии не оказалось либо за решеткой, либо в бегах. Гуаидо просто «остался в лавке», а тут как раз настал черед его партии назначать спикера парламента (с 2015-го это кресло занимает ровно на год представитель каждой из парламентских фракций). И Гуаидо стал председателем Национальной ассамблеи.
И вот тут-то, как в известном сериале, поступила команда «разбудить спящего агента».
По данным агентства AP, находившиеся под плотным контролем кураторов из США активисты регулярно получали тайные послания, а сам Гуаидо в середине декабря 2018 года предпринял рискованную поездку в США, Колумбию и Бразилию, чтобы сообщить о стратегии массовых демонстраций оппозиции. Протесты должны были совпасть с инаугурацией Мадуро, назначенной на 10 января. Чтобы попасть в Штаты, Гуаидо перешел границу с Колумбией где-то в сельве, вдалеке от официальных пограничных пунктов — как и положено агенту-нелегалу…
В пятницу газета The Wall Street Journal опубликовала материал о том, как администрация Трампа в течение нескольких недель разрабатывала секретный план по свержению законного президента Венесуэлы Николаса Мадуро, проводя переговоры с лидерами венесуэльской оппозиции. В разработке этого плана принимали участие ключевые члены администрации президента, а главными его вдохновителями были советник Трампа по национальной безопасности Джон Болтон и госсекретарь США Майк Помпео.
10 января Мадуро принес присягу в должности президента страны. На его инаугурации присутствовали представители двух десятков стран, в том числе России, Китая, Ирана и Турции. Остальные, убоявшись гнева США, своих представителей не прислали.
В тот же вечер Гуаидо позвонили из Вашингтона. Разговаривал с ним госсекретарь Майк Помпео. На следующий день Гуаидо объявил, что готов взять на себя полномочия главы государства. «Конституция дает мне право занять должность президента республики и назначить выборы, — сказал он. — Однако мне нужна поддержка граждан, чтобы воплотить его в жизнь». Для этого на 23 января и была назначена массовая акция протеста, которая и должна была послужить основой для объявленного переворота.
Спустя еще пять дней Национальная ассамблея объявила власть Мадуро нелегитимной. Вслед за этим, как пишет WSJ, Трамп на секретном совещании в Белом доме решил осуществить план по признанию Гуаидо временным президентом Венесуэлы. И ночью накануне митинга Гуаидо позвонил сам вице-президент США Майк Пенс.
Он пообещал оппозиционеру, что Вашингтон поддержит его, если Гуаидо перехватит бразды правления у Николаса Мадуро, сославшись на соответствующие статьи Конституции Венесуэлы.
Этот ночной звонок, пишет The Wall Street Journal, привел в действие план, который в тайне разрабатывался в течение предыдущих нескольких недель, сопровождаемый переговорами между официальными лицами США, союзниками, законодателями и ключевыми деятелями венесуэльской оппозиции, включая самого Хуана Гуаидо.
На следующий день, 23 января, выступая на многотысячном митинге в столичном районе Чакао — основном оплоте оппозиции — Гуаидо объявил, что принимает обязанности президента страны. Почти мгновенно, как и обещал ему Пенс, президент США выступил с заявлением, в котором признал Гуаидо законным лидером Венесуэлы. В течение нескольких часов последовали аналогичные заявления от лидеров Канады, Бразилии, Аргентины, Колумбии, Чили, Перу и других стран континента. Из стран Латинской Америки отказались признать Гуаидо лишь Куба, Боливия, Никарагуа и — с оговорками — Мексика и Уругвай.
Госсекретарь США Майк Помпео потребовал от Николаса Мадуро уйти в отставку и передать полномочия Гуаидо. Мятежникам он пообещал «поддержать усилия народа Венесуэлы и Гуаидо по восстановлению демократии и верховенства закона в стране».
Над Карибским морем начали собираться тучи возможного вооруженного вмешательства.
На вопрос, рассматривает ли администрация в Вашингтоне варианты военного решения венесуэльского кризиса, Трамп ответил в своей неподражаемой манере: «Мы ничего не рассматриваем. Но любые варианты возможны».
Более осторожные чиновники в Белом доме уточняли, что рассматриваются прежде всего инструменты экономического давления — санкции и морская блокада Венесуэлы. Но в любом случае факт оставался фактом: никто даже не пытался отрицать, что в Каракасе происходит очередной путч, финансируемый и поддерживаемый Вашингтоном. В четверг об этом прямо заявил министр иностранных дел Венесуэлы Хорхе Арреаса: «За государственным переворотом стоят власти США и лично президент Трамп».
«Очень грубо и деструктивно, — оценил действия США глава комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий. — США продолжают политику внешнего давления и вмешательства в дела суверенных государств. Теперь подошла очередь Каракаса. Вашингтон уже заявил о признании временным президентом страны лидера оппозиции Хуана Гуаидо и пригрозил ужесточением санкций при отказе от передачи ему власти, допустив в противном случае «все варианты действий» со своей стороны. Никакой защитой демократии здесь и не пахнет. Это очередное силовое насаждение американской гегемонии и слом неугодных режимов. Только народ Венесуэлы должен решать, кто будет президентом страны. И только путем выборов».
Но решатся ли США на силовой вариант «защиты демократии»?
Тревожным сигналом стало назначение спецпредставителем по Венесуэле Эллиота Абрамса, ветерана тайных войн США, служившего еще в администрациях Рональда Рейгана и Джорджа Буша — старшего. Абрамс, курировавший в начале 1980‑х годов центральноамериканскую политику США, был одним из немногих людей в Госдепе, посвященных в подготовку операции «Вспышка ярости», — так именовалось вторжение США на остров Гренада в октябре 1983 года. А в 1988‑м Абрамс активно подталкивал Рейгана к вторжению в Панаму, но осуществил этот план уже преемник Рейгана Джордж Буш — старший в 1989‑м.
Вторжение в Панаму часто называют первой военной операцией в истории США, осуществленной в целях восстановления демократии. Позже, прикрываясь этими же лозунгами, американцы будут бомбить Белград, штурмовать Багдад и обстреливать Триполи. И все-таки первой была Гренада в 1983‑м.
Рейган не скрывал, что основная задача вторжения на Гренаду заключалась не столько в том, чтобы остановить экспансию коммунизма на «заднем дворе» США, сколько в том, чтобы излечить Америку от травмы, нанесенной поражением во Вьетнаме. И это получилось: маленькая победоносная война в Карибском море вернула американцам веру в себя и свою миссию.
Чтобы выиграть эту войну, США задействовали авианосную ударную группу из семи кораблей (авианосец Independence и шесть кораблей сопровождения), корабельную десантную группу из пяти кораблей, полк морской пехоты, разведывательно-диверсионные группы «морских котиков», две воздушно-десантные бригады из состава 82‑й ВДД, 75‑й парашютно-десантный разведывательный полк специальных операций Сухопутных войск США (рейнджеров), два инженерно-саперных батальона, вспомогательные части, включая батальон психологической войны. Превосходство американской авиации было тотальным: во вторжении участвовали 70 боевых самолетов и 30 вертолетов (у Гренады вообще не было ВВС).
Вся эта мощь обрушилась на Народно-революционную армию Гренады, насчитывавшую 1200 солдат и офицеров и вооруженную в основном АКМ, — и за два дня победила ее. Основное сопротивление американцам оказали даже не ВС Гренады, а находившиеся на острове кубинцы, в основном гражданские строители.
Армия Боливарианской Республики Венесуэла насчитывает 123 тыс. человек личного состава. А, согласно данным авторитетного портала globalfirepower.com, в случае войны власти Венесуэлы могут мобилизовать более 14 млн (!) человек.
«Маленькая победоносная война» — такая, как на Гренаде или в Панаме, — Соединенным Штатам в Венесуэле не светит. Наоборот — в венесуэльских джунглях можно завязнуть еще прочнее, чем в горах Афганистана или пустынях Ближнего Востока.
Ставка на быстрый переворот и перехват власти Гуаидо была единственной, которая могла сыграть в разработанной в администрации Трампа партии. Но не сыграла. Армия решительно встала на сторону законного президента Мадуро.
Сам Мадуро, бывший водитель автобуса, пришедший в политику из профсоюзного движения, к армии прямого отношения не имеет, но непоколебимая верность покойному Уго Чавесу обеспечивает ему доверие и поддержку венесуэльского генералитета и офицерского корпуса. А позиции военных в Венесуэле очень сильны: по оценкам известного испанского журналиста и политического аналитика Хуана Хесуса Аснареса, почти половина кабинета министров страны (14 человек из 33) пришли в правительство из Вооруженных сил. Министр обороны Венесуэлы Владимир Падрино был в числе первых членов кабинета, выразивших полную поддержку Николасу Мадуро. «Солдаты Родины не принимают президента, навязанного в тени темных интересов и самопровозглашенного вне закона. Национальные боливарианские вооруженные силы защищают Конституцию и являются гарантом национального суверенитета», — заявил он. А без поддержки армии Хуан Гуаидо всего лишь не слишком авторитетный оппозиционер, скрывающийся на территории колумбийского посольства.
Именно поэтому Гуаидо начал «очень осторожные» переговоры с «должностными лицами правительства — гражданскими и военными». Об этом он сам рассказал в интервью The Washington Post, добавив, что обещает амнистию тем соратникам Мадуро, которые предадут законного президента и переметнутся к «временному президенту Венесуэлы».
Поскольку Трамп сейчас не в том положении, чтобы повторять рискованные ходы своего кумира Рейгана и ввязываться в чреватую большими потерями военную авантюру, единственная доступная ему стратегия — усиливать дипломатическое и экономическое давление на Каракас, чтобы армия отвернулась от Николаса Мадуро.
Шансов на это, однако, у Белого дома немного.
Это признают даже старающиеся быть объективными американские эксперты: в свежей аналитической статье, подготовленной агентством Bloomberg, прямо говорится, что высшее военное руководство Венесуэлы, по крайней мере в ближайшей перспективе, останется лояльным к Николасу Мадуро. Правда, объясняют это эксперты Bloomberg довольно своеобразно: по их мнению, лояльность генералов подпитывается финансовыми потоками, предоставленными в их распоряжение президентом — начиная от наркобизнеса и заканчивая контрактами на проекты строительства социального жилья, контролем над портами и отмыванием денег. «Если Мадуро падет, падут и они», — заключают авторы отчета.
Попытка представить Венесуэлу «наркогосударством», а ее левое правительство — одним большим наркокартелем очень характерна для американской политической экспертизы. При этом как-то стыдливо замалчивается тот факт, что Вашингтон в своей борьбе против Мадуро опирается на Колумбию, где проблема наркотиков куда острее. И теперь, скорее всего, военное вмешательство (конечно, на стороне венесуэльского «майдана») США будут осуществлять, если решатся, руками колумбийских спецподразделений.
Колумбийская наркомафия кровно заинтересована в смене власти в соседнем государстве: еще при Уго Чавесе правительство Венесуэлы объявило «крестовый поход» против колумбийских наркобаронов и арестовало десяток крупнейших боссов наркоторговли. Только в 2012 году были арестованы самый разыскиваемый колумбийский гангстер Даниэль Баррера Баррера, лидер колумбийской группировки LosRastrojos Диего Перес Хенао, наркобароны братья Буитраго, владевшие десятком транспортных и строительных компаний в Венесуэле… Кроме того, Каракас спонсировал и поддерживал Революционные вооруженные силы Колумбии — Армию народа (FARC), контролировавшие восточные районы Колумбии с расположенными там плантациями коки. Лидеры FARC — главные конкуренты колумбийских наркокартелей и к тому же заклятые враги Вашингтона. Так что колумбийское правительство будет только радо получить от США карт-бланш на вмешательство в венесуэльскую «революцию»: по распространяющимся в Каракасе слухам, диверсионные группы колумбийской армии уже перешли границу и скрываются в джунглях на западе страны, ожидая своего часа.
Однако для Вашингтона (и лично для Трампа) подобный шаг несет в себе значительные репутационные риски. Одно дело — бороться за демократию, и совсем другое — использовать для смены режима наемных солдат наркомафии.
Вашингтон агрессивно начал «венесуэльскую партию», но, чтобы в ней победить, понадобится нечто большее, нежели моральная поддержка самопровозглашенного президента Гуаидо. Прямое военное вмешательство может обернуться катастрофой, использование «прокси» (колумбийцев или бразильцев) может спровоцировать аналогичные шаги со стороны союзников Мадуро — России и Китая. А бросить свою проходную пешку, не дошедшую до края доски, Вашингтон не может — это будет серьезным ударом по его авторитету.
В шахматах подобная ситуация, когда сильнейшая сторона не может одержать победу в эндшпиле даже при наличии большого преимущества, называется «крепость».
Кирилл Бенедиктов, RT
Обязательно подписывайтесь на наш канал, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен