Президент Молдовы Игорь Додон во время визита в Москву, в общем-то договорился с Владимиром Путиным не только о приемлемых приемлемой цене на газ.
Однако, есть один газовый узел противоречий, который не дает покоя Кишиневу уже много лет – газовые долги мятежной молдавской республики Приднестровье. Приднестровье потребляет газ из той же трубы, что и Молдова, однако Тирасполь на внутреннем рынке устанавливает цены в районе 70 долларов за тысячу кубометров, а Кишинев платит около 240 долларов. Долг формально «вешается» на Молдову, но фактически должно Приднестровье. Всего Молдавия должна больше 6 миллиардов долларов из которых долг Приднестровья – полмиллиарда.
Кишинев не признает Тирасполь как субъект, а Тирасполь в свою очередь не признает долги.
Единственная возможность решить вопрос с долгами – либо вернуть ПМР в состав Молдовы, либо признать ее независимость.
«Мы могли бы стать историей успеха того, как замороженный конфликт на постсоветском пространстве может быть впервые разрешен. Я полагаю, что Приднестровье в молдавском государстве получает особый статус в виде очень сильной автономии. Наша администрация разработала концепцию, которую мы представим нашим партнерам по коалиции», заявил глава Молдовы Додон в интервью Шпигелю.
Какими бы ни были благие пожелания начальства из Кишинева – Тирасполь не согласится на предложение объединения. Автономия невозможна по объективным причинам. Оставляю за скобками идеологические мотивации вроде проведенного в ПМР референдума об объединении с Россией и неприятие приднестровцами молдавского национализма и румынского унионизма.
Автономия на условиях Кишинева невозможна по политэкономическим основаниям.
Во-первых, в Приднестровье уже сформировались собственные национальные элиты. Предлагать автономию в обмен на полноценное, хоть и непризнанное государство – несерьезно.
Во-вторых, национальные элиты ПМР контролируют главное – денежную эмиссию. Отказаться от собственного приднестровского рубля, значит отказаться от финансово-промышленной монополии, к которой группа «Шериф» шла все годы существования Приднестровья. И что взамен может предложить Кишинев? Разместить второй эмиссионный центр, чтобы леи печатали в Тирасполе? Пойдут ли на это в Кишиневе?
В‑третьих, республика Молдова в отличие от ПМР находится в перманентном политическом кризисе последние 15 лет. На их фоне политический режим в ПМР – образец стабильности и предсказуемости. Конфликты внутри элит не приводят к гражданскому противостоянию – приднестровские начальники выясняют отношения между собой, не выводя народ на улицы.
Поэтому каким бы ни был «пророссийским» президент Додон, какие бы планы автономии не придумывали в Кишиневе – Приднестровье останется суверенным государством по абсолютно объективным причинам.
Складывается парадоксальная ситуация. Долги перед Россией не решаемы без объединения. Однако, подвисшая ситуация позволяет на обоих сторонах Днестра накапливать долги, ссылаясь на объективные обстоятельства. В результате Россия оплачивает газовые долги и Кишинева, и Тирасполя, не получая взамен значимых экономических или политических эффектов.
Единственный рабочий вариант – возврат ПМР в состав Молдовы при условии перезагрузки проекта молдавской государственности. Либо в формате Молдавской конфедерации, либо в новых союзных формах государственности. Причем форсировать перезагрузку с перезагрузкой Молдавии в интересах России. Иначе через пять лет долги перед Москвой превысят 10 миллиардов долларов и их придется в конечном итоге списывать.
Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки