Евросоюз ввел четвертый пакет санкций против Белоруссии. Ввел в ночь на 22 июня, придав этому постыдному акту глубоко символический смысл
Сами себя разоблачили. Реакция Александра Григорьевича была жесткой и справедливой – Германия должна еще сто лет вперед стоять на коленях перед белорусским народом и молиться, что немцы смогли родиться после той войны. И добавил – вы на руках должны нас носить – немцы, поляки, так называемый Европейский союз, потому что мы спасли вас от коричневой чумы.
Вся его речь как всегда праведно эмоциональна. И здесь я бы поспорил только с одним утверждением. Как можно спасти человека от его сущности, от менталитета, от цивилизационного кода, от исторической традиции? От того, чем он привык заниматься годами, веками? Я бы даже поспорил со Сталиным, который полагал, что Гитлер уходит, а немецкий народ остается. Гитлер был избран немецким народом в результате прямого волеизъявления. Путь нацизму к власти расчистила демократия. Демократия как технология манипулирования массовым сознанием европейских обывателей. Расчищает она путь нацизму к власти и сегодня.
Народ хотел зрелищ и желательно покровавее. Народные массы, превращенные в толпу, благословили своим улично-площадным судом образование большинства европейских фашистских режимов Европы. Бесчинствующие толпы приветствовали захват рычагов управления оголтелыми маргиналами. Но и не только. Безумная, по-средневековому разнузданная жажда войны ради наживы нашла многих сторонников среди военно-силовых элит, разведслужб, международного капитала. Идея собственного превосходства заразила сознание миллионов европейцев. А уж идея объединенного крестового похода против большевизма и вовсе стала целью и смыслом жизни фашистских режимов.
К этому походу они готовились сообща, воедино. Противоречий не было никаких. Сотни заводов Европы ковали оружие, с помощью которого планировалось уничтожение и порабощение народов Советского Союза. Уголь и сталь коричневой Европы легли в основу непобедимости армии Третьего Рейха. Но дотошные бухгалтеры будущей войны подсчитали, что промышленного потенциала не хватает. Мол, не получается вооружить в срок гитлеровскую орду. Тогда коллективная Европа без обиняков захватила Чехословакию – бледное порождение версальских кабинетов. Захват чешской индустрии стал главным подготовительным этапом нападения на Советский Союз.
Но и это не давало стопроцентной гарантии разгрома СССР в сроки, установленные нацистскими стратегами. Оплошностей быть не должно. И Гитлеру передают Францию с довеском в виде Бельгии и Нидерландов. Это – большой куш. Третий Рейх получает в свое распоряжение мощнейший ВПК и в придачу – полтора миллиона французских военнопленных, которых направляют на гражданские работы в Германию. Арифметика проста – французские гастарбайтеры высвобождают немецкую молодежь, которую можно отправлять на Восточный фронт.
Нам все это известно, по крайней мере, теперь. Поэтому надо во всеуслышание говорить не о нападении гитлеровской Германии на Советский Союз, а о нападении объединенной европейской коалиции. Мы можем наугад ткнуть пальцем в карту Европы 1941 года и почти наверняка попасть в страну, которая внесла свой отвратительный вклад в захват территорий СССР. Поставкой железной руды, военной техники, танков и грузовиков, живой силы. Кроме мужественных сербов, наших православных братьев.
Не по воле народа не происходит ничего. Послевоенная Германия – это делопродолжатель нацистского Рейха. Она доказала этот тезис и словом, и делом. Конечно, Сталин простил немцев, как и положено христианину и гуманисту. Как и должен был сделать воспитанник православной Тифлисской духовной семинарии. Как человек, дающий право на ошибку, пусть даже ошибку экзистенциального масштаба. Сталин простил и поляков, которые подарили вермахту более полумиллиона хорошо обученных, натренированных и мотивированных бойцов. Взгляды Иосифа Виссарионовича на послевоенный мир были во многом идеалистическими. Хотя Сталин – это один из немногих правителей России, который не строил иллюзий относительно Европы.
Но было и рациональное начало – Красная армия, победоносная, стремительная, самая мощная в мире – состояла не из роботов и дронов, а из людей – сынов, братьев, женихов, мужей. Четыре с половиной года в отрыве от дома, от семьи – не каждый способен выдержать такое. Война для многих закончилась вовсе не в Берлине. Красноармейские подразделения были переброшены и на Дальний Восток, где завершили триумфальный разгром японской армии. Но и это еще не все. Тысячи героев-освободителей были направлены на Западную Украину и в Прибалтику для борьбы с боевиками-коллаборационистами. Многие из воинов, доблестно громивших нацистского врага в кровопролитнейших сражениях под Минском, под Варшавой, в Кенигсберге, в Берлине, в Праге, сложили головы уже после Дня Великой Победы от пули карателей, подло стрелявших из засады в спины в окрестностях Риги, Каунаса, Львова. И эту историю нельзя вычеркнуть из летописи Великой Отечественной войны.
Власти послевоенной Западной Германия, в свою очередь, ни минуты не сомневались в том, продолжать ли им дело Гитлера. Уже в 1951 году руководство ФРГ объявило о политике «чистого листа», которая предполагала тотальную и безоговорочную реабилитацию нацистов.
Все прошлое как бы предается забвению. Надо жить настоящим. Под этим демагогическим лозунгов тысячи потомственных нацистов оказались трудоустроены в армейских структурах ФРГ. Мелкие гитлеровские клерки благополучно осели в гражданских «амтах» Западной Германии. Служащие внешнеполитического ведомства и минюста Третьего Рейха были любезно приглашены на те же должности. Бывшие каратели, гестаповцы, абверовцы, бранденбурговцы нашли себе применение при новом послевоенном устройстве. Да, это была не Германия Гитлера – это была Германия Аденауэра. Ну и что? Суть от этого не меняется. Нацист, единожды став нацистом, остается им навсегда. За редким исключением.
Поэтому Александру Григорьевичу Лукашенко, возможно, в будущем предстоит пойти дальше и сказать обо всем этом в своей следующей речи. Особенно с учетом других исторических обстоятельств. Постгитлеровская Германия долго выжидала удобного для себя момента подчистить свои тылы. И в 1990 году этот момент настал. Правительство Германии заключило договор с «освобожденной» Россией, по которому выплатило, например, тем же белорусским узникам нацистских концлагерей и трудовых лагерей смехотворную компенсацию в триста марок взамен на то, чтобы эти пожилые люди, влачившее нищенское существование после распада СССР, забыли о своих претензиях к государству-наследнику Третьего Рейха.
Для зачистки грешков был практично выбран самый страшный период в новейшей истории русского народа – девяностые. Когда люди были рады любой копейке, любой подачке. Чтобы выжить. И в это же время немецкие ветеранские общества, почувствовав себя окрыленными, начали проталкивать через муниципальные и государственные структуры «освобожденной» России концепцию увековечения исторической памяти участников гитлеровского вторжения, в частности, солдат вермахта. Вермахт ведь у нас не считается преступной организацией. Нюренбергский трибунал порешил. Это ведь просто солдаты, которые исполняли свой воинский долг, не правда ли? А то, что нацистские юноши, любившие на досуге сыграть сентиментальный маршик на губной гармошке и написать слезливое письмо милой Гретхен из-под Смоленска, во время «исполнения воинского долга» люто, с невообразимой яростью расправлялись с белорусскими, русскими детьми и женщинами на захваченных советских землях, это ничего?
Эти вопросы надо задавать современной Европы. Задавать много и часто. Раз уж стали делопреемниками гитлеровского Рейха, то и подход к вам должен быть соответствующий. Все, что касается правды о гитлеровской Европе, должно преподноситься гласно и открыто. Ведь Советского Союза больше нет, и мы не связаны узами дружбы народов. И сталинского СССР, наивно щадившего национальные чувства поверженных фашистских наций Европы, тем более нет уже давно. У истории Великой Отечественной войны нет срока давности.
Александр Филей, Латвия
Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен, а также Телеграм-канал FRONTовые заметки