Кабинет министров Украины утвердил стратегию энергетической безопасности страны. Документ пока не опубликован, но его ключевые тезисы были озвучены в ходе заседания правительства под председательством премьер-министра Дениса Шмыгаля
В стратегии перечислены 29 угроз. Среди них кибератаки, «российская агрессия», незаконченная интеграция с энергетическими и газовыми системами Евросоюза, изношенность основных фондов энергоотрасли, усиление рыночной конкуренции и «углубление энергетической бедности».
Цели стратегии — обеспечение доступности всех видов энергоресурсов и эффективности их использования, а также устойчивости функционирования энергетического сектора страны. Кроме того, в документе говорится, что Украина будет стремиться к евроинтеграции и независимости в формировании энергетической политики.
«В соответствии с этим определены три ключевых сценария, по которым может развиваться энергетическая сфера в зависимости от угроз», — сказал на заседании министр энергетики Украины Герман Галущенко.
Первый сценарий называется базовым и предполагает отсутствие изменений, второй — учитывает фактор «недружественного влияния», под которым подразумевается рост внешнего влияния Москвы. Третий сценарий, напротив, предусматривает «позитивную трансформацию», которая, с точки зрения кабмина Украины, станет реальностью при условии необратимости европейского курса.
Стратегия энергобезопаности Украины была создана на основе стратегии национальной безопасности, утвержденной президентом Владимиром Зеленским в сентябре 2020 года.
В этом доктринальном документе также говорится об «агрессии» Москвы и необходимости модернизации энергетической отрасли страны. В частности, в стратегии нацбезопаности Украины закреплен курс на устойчивое развитие и экологическую безопасность топливно-энергетического сектора и внедрение возобновляемых источников энергии.
«Острый вопрос»
Как полагают эксперты, важнейшим вызовом для энергоотрасли Украины является отнюдь не политика Москвы, а деградация оборудования на электростанциях и устаревание основных магистралей, включая газотранспортную систему (ГТС).
«Киев постоянно обвиняет в своих проблемах Россию, чтобы как-то оправдаться за собственные провалы. Износ всего оборудования электростанций и газопроводов на Украине близок к критической отметке. И, пожалуй, самый острый вопрос — это перспективы модернизации ГТС», — заявил в комментарии RT заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов.
Украинские власти опасаются, что необходимость в использовании ГТС пропадет с вводом в строй «Северного потока — 2» и после завершения текущего контракта с РФ о транзите газа в Европу, который действует до 2024 года.
В Киеве надеются на заключение нового соглашения по перекачке российского голубого топлива сроком на 15 лет в объеме 45—50 млрд куб. м в год. В противном случае Украина будет ежегодно терять около $3 млрд.
Источник RT в кабинете министров Украины утверждает, что на самом деле в Киеве осознают зыбкость перспектив продолжения транспортировки газа после 2024 года.
«Сейчас идет активное обсуждение, что делать с уже никому не нужной трубой. Реальных вариантов пока нет», — говорит собеседник RT.
На сегодняшний день Москва не озвучила окончательную позицию по вопросу транзита газа через Украину. В Кремле и «Газпроме» полагают, что решение о транспортировке топлива по ГТС нужно принимать, исходя из экономической целесообразности и рентабельности.
По условиям американо-германской сделки по «Северному потоку — 2», Вашингтон и Берлин договорились настаивать на продлении контракта по прокачке российского газа через украинскую ГТС на десятилетний срок. В ответ дипломаты РФ назвали стилистику документа «неприемлемой», а угрозы в адрес Москвы — «беспочвенными и бесполезными».
В разговоре с RT украинский политолог Александр Семченко отметил, что именно русофобская политика Киева послужила одной из основных причин запуска строительства проекта «Северный поток — 2».
«По большому счету проект появился вследствие враждебных действий со стороны Украины, отсутствия доверия к тому, что Украина способна надежно обеспечить транзит российского газа», — пояснил Семченко.
Как говорят эксперты, помимо реализации «Северного потока — 2», негативное влияние на энергетический сектор Украины оказывает курс на отсоединение от общей энергосистемы с Россией и Белоруссией и интеграцию в европейский рынок.
По мнению Фролова, евроинтеграция Киева в сфере энергетики выражается, по сути, в «чисто физической синхронизации» с европейскими системами и повышении тарифов для промышленности и населения.
«Это означает, что Украина переходит на стандарты европейской энергосистемы, что неизбежно влечет рост платежей. Ведь европейцы платят очень большие деньги за потребляемые энергоресурсы. О положительных последствиях такой политики говорить не приходится: производители разорятся, а граждане будут отдавать последнее», — рассуждает Фролов.
Кроме того, по словам эксперта, Киев надеется, что после интеграции энергосистем власти ЕС начнут вкладывать деньги в модернизацию украинских электростанций и инфраструктуры.
«Однако Европа не заинтересована в поддержке энергосектора Украины по той простой причине, что ей выгодно сделать из нее импортера электроэнергии. Более того, Киев под предлогом борьбы за экологию фактически вынуждают отказываться от угольной генерации, хотя это влечет за собой неизбежную деградацию промышленности», — сказал Фролов.
Семченко также обратил внимание на то, что правительство Украины опрометчиво закрывает угольные шахты. По его прогнозу, снижение добычи угля в итоге парализует работу тепловых электростанций.
«Колоссальный риск»
Еще одним резонансным решением правительства на заседании 4 августа стала передача НАК «Нафтогаз Украины» шести теплоэлектростанций.
Как пояснил Шмыгаль, переход данных предприятий в собственность «Нафтогаза» позволит обеспечить их всем необходимым к отопительному сезону. Между тем источник RT в Министерстве энергетики и угольной промышленности Украины сообщил, что кабмин отдал шесть ТЭЦ в собственность корпорации из-за долгов перед ней.
«Все это сделано для того, чтобы разобраться с задолженностью ТЭЦ перед «Нафтогазом» и чтобы лучше подготовиться к отопительному сезону. Но вряд ли это поможет. Если говорить о тарифах, то на отопление и горячую воду они должны скоро подрасти на 30—40%», — сказал источник.
В свою очередь, собеседник RT в правительстве Украины заявил, что кабмин пытается сделать «Нафтогаз» прибыльной компанией. Этого от Киева требует МВФ.
По мнению Фролова, передача шести ТЭЦ «Нафтогазу» является следствием борьбы разных группировок за финансовые потоки.
По итогам 2020 года чистый убыток «Нафтогаза» составил 19 млрд гривен (около 51,6 млрд рублей по текущему курсу). Бывший руководитель корпорации Андрей Коболев объяснял плачевные результаты деятельности низкими ценами на газ на внутреннем рынке, задолженностью частных газопоставляющих компаний за отобранное топливо и утратой контроля над оператором ГТС.
«Поглощением новых предприятий «Нафтогаз» пытается компенсировать свои убытки от потери денег за транзит и, откровенно говоря, не слишком эффективное управление. Юрий Витренко известен тем, что является сторонником повышения тарифов. Можно лишь прогнозировать новые проблемы для конечных потребителей на Украине», — пояснил Фролов.
Семченко также считает, что передача шести предприятий «Нафтогазу» продиктована устремлениями Витренко увеличить доходы компании. На качество подготовки к отопительному сезону это, по его мнению, никак не повлияет.
Подытоживая обсуждение перспектив энергоотрасли Украины, эксперт отметил, что вместо нападок на «Северный поток — 2» и попыток интегрироваться в энергосистему ЕС правительству Украины имело бы смысл уделять больше внимания модернизации ТЭЦ и безопасности АЭС.
«Украинские власти отказываются понимать, что находящиеся сейчас в эксплуатации электростанции проектировались в советское время и потому АЭС ориентированы на использование твэлов именно российского производства. Разрывать такие связи — значит подвергать страну колоссальному риску», — подытожил Семченко.
Алексей Заквасин, Елена Онищук, Елизавета Комарова, RT