Украинское правительство утвердило Стратегию энергетической безопасности, которая будет реализовываться Украиной до 2025 года
Утвержденной целью государственной политики в данной сфере является обеспечение защищенности национальных интересов в сфере обеспечения доступа к надежным, устойчивым, доступным и современным источникам энергии для всех потребителей технически надежным, безопасным, экономически эффективным и экологически приемлемым способом в нормальных условиях и в кризисных ситуациях.
Мягко говоря, это далеко не первый утвержденный на Украине документ, направленный на создание условий энергобезопасности и энергонезависимости. Вот только и первой, и второй на Украине по факту становится с каждым годом все меньше. Думается, тренд не поменяется и после выхода нового документа.
Энергобезопасность и энергонезависимость Украины специфическим образом пытался обеспечить еще Леонид Кучма в период своего президентства — причем почему-то за счет нерегулярно оплачиваемого импортного (как туркменского, так и российского) газа и путем появления идеи взимать с России деньги за транзит (вместо оплаты газом) газа через Украину.
Позже его преемнику с блеском удалось реализовать эту идею, разделив контракты на покупку и транзит газа, что сразу же привело к резкому удорожанию голубого топлива для Украины, а значит, и ухудшению ее энергобезопасности вместе с ростом энергозависимости.
Что же касается добычи собственного газа, то уровня 1990 года Украина так никогда и не достигла.
Параллельно украинской властью создавались все более благоприятные условия для ликвидации украинской нефтеперерабатывающей промышленности: с 2005 по 2021 год в стране прекратили деятельность пять из шести доставшихся в наследство от СССР НПЗ. Что тоже явно не способствовало энергобезопасности и энергонезависимости.
Лишь угольная промышленность, добыча в которой в 1990‑е годы обвалилась вдвое, в последующие годы хотя бы прекратила падение.
Но так было до Майдана.
После него на Украине настала эра «энергетической независимости», о которой уже в 2015 году отрапортовал президент Порошенко.
В утвержденном же документе приводятся цифры, в которых она выражается:
—потребляемый газ на 30% импортный (чей газ — очевидно), и это после развала промышленности с сопутствующим сокращением потребления и при продолжающемся падении собственной добычи;
—потребляемые нефтепродукты на 85% импортные, причем четыре пятых импорта приходится на Россию и Белоруссию;
—потребляемый уголь почти на 40% импортный, в основном из России, при этом добыча падает;
—потребляемое ядерное топливо импортное на 100%, и более половины приходится на российское даже после заключения контракта с Westinghouse на поставку существенно более дорогого топлива этой компании, производимого в Швеции;
—импорт электроэнергии из Белоруссии и России с начала 2021 года периодически превышал 1 ГВт мощности.
Из приведенных цифр все ясно и с энергонезависимостью, и с энергобезопасностью Украины. Причем ясно и то, что до Майдана и того, и другого у Украины было явно побольше.
Но можно добавить еще, что практически все энергоблоки ТЭС и ТЭЦ выработали свой ресурс, блоки АЭС начнут выводиться из продленной эксплуатации с начала 2030‑х годов. Износ электрических сетей превышает 50% и достигает 70% — видимо, более точной информации у украинского правительства просто нет. Около 40% теплопунктов пребывают в аварийном состоянии, аварийными являются и 16% теплосетей. Свыше 44% энергии теряется во время преобразования и транспортировки к конечному потребителю.
Долги на электрическом и газовом рынках измеряются многими десятками миллиардов гривен. Немалых проблем добавляет рост зеленой энергетики без компенсирующих мер по повышению гибкости энергосистемы, при этом зеленая электроэнергия еще и выкупается по фантастическим ценам.
И это далеко не полный перечень проблем.
Но самое интересное, какой ответ украинское правительство собирается дать всем этим проблемам и связанным с ними угрозам.
Он оказался просто гениальным. Выяснилось, что достаточно организовать в энергосекторе управление на принципах функционирования энергорынков в ЕС, и все проблемы в одночасье рассосутся вместе с угрозами! А это, в свою очередь, позволит создать «высококонкурентную рыночную» и «благоприятную инвестиционную» среду, при этом «процесс принятия решения органами государственной власти станет последовательным и прозрачным». В общем, все сразу станет даже не хорошо, а прекрасно.
Ровно как в анекдоте, в котором сова посоветовала мышам стать ежиками, чтобы их перестали ловить кошки. Правда, как известно, на вопрос, как это сделать, сова ответить не смогла. Ведь ее дело — стратегия. Вот и в украинском правительстве засели стратеги.
Пожалуй, единственное внятное указание на какую-то конкретику касается будущей синхронизации энергосистемы Украины с энергосистемой ЕС и одновременным отсоединением от российской и белорусской систем. Но это решение принималось не в Киеве, а в Брюсселе. И оно уж точно не связано с развитием украинской энергогенерации, а скорее совсем наоборот — после присоединения Украину очень быстро заставят закрыть «древние» ТЭС, а там и до АЭС черед дойдет.
Другими словами, документ является отчасти констатирующим проблемы украинского энергосектора, но ни в коем случае не предлагающим их решения. Впрочем, даже если бы он какие-то решения и предлагал, вероятность их реализации была бы крайне низкой. Достаточно вспомнить, что в 2017 году на Украине уже утверждалась энергетическая стратегия на период до 2035 года «Безопасность, энергоэффективность, конкурентоспособность». Ее не только никто не исполнял — о ней забыли сразу после утверждения. И даже забыли отменить перед утверждением новой.
В рамках того карго-культа, которым занимаются украинские власти, иначе и быть не может. Документы утверждаются ради самого факта — о новой стратегии тоже забудут сразу. За исключением разве что внешних обязательств, к которым будут подталкивать внешние же управляющие. Энергетический сектор, в свою очередь, продолжит деградировать. Ну а через пару лет появится какая-нибудь новая стратегия, которая опять нарисует картину тотального будущего успеха, без намерений его как-либо достигать.
Валерий Михайлов, РИА