ЕС не будет финансировать строительство заграждений на своих внешних границах. Об этом по итогам консультаций с лидерами стран — членов содружества заявила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен
Жертвам «гибридной агрессии» Лукашенко предлагают всевозможную помощь — от услуг сотрудников агентства Frontex до гуманитарной помощи для нелегальных мигрантов. Но денег на строительство забора по периметру «последней диктатуры Европы» никто не дает.
«Действительно, состоялась дискуссия по этой теме (возведение заборов на восточных границах ЕС — прим. RuBaltic.Ru). Как вы знаете, есть финансирование по линии бюджета ЕС; это финансирование распространяется не только на оборудование, в том числе электронную технику, частично на персонал, но и на инфраструктуру. Речь шла о так называемой физической инфраструктуре. Мы, как в Еврокомиссии, так и в Европарламенте, согласны с тем, что строительство заборов или заслонов с колючей проволокой не должно финансироваться из бюджета ЕС», — заявила Урсула фон дер Ляйен.
Нетрудно догадаться, кто именно поднимал этот вопрос.
Заборы на границе с Беларусью возводят сразу три страны Евросоюза — Польша, Литва и Латвия. И все они, разумеется, хотят заручиться финансовой поддержкой Брюсселя.
Первую попытку литовцы предприняли еще четыре года назад. Тогда у правительства Саулюса Сквернялиса возникла идея построить 130-километровый забор на границе с Калининградской областью, но Еврокомиссия заявила, что она «не финансирует строительство заборов или барьеров на внешних границах».
Похоже, правящие литовские консерваторы об этом забыли. Впопыхах начиная возведение стены на границе с Беларусью, они явно рассчитывали на дополнительные дотации из еврофондов. Ответ последовал незамедлительно. «ЕК не финансирует заборы. Наше финансирование направлено на интегрированные решения по управлению границами, которые гарантируют, что незаконные пересечения не останутся незамеченными, и которые связаны с эффективным и быстрым управлением миграцией и системой предоставления убежища», — сообщили в пресс-службе Еврокомиссии.
С тех пор Брюссель буквально вдалбливает эту мысль в головы литовских политиков.
Представитель ЕС по внутренним делам Адальберт Янц за «более подробной информацией об идее барьера» советовал обращаться к властям прибалтийской республики, ведь это их собственная инициатива. Чуть позже журналисты снова поинтересовались у него, будет ли Евросоюз выделять деньги на строительство «Великой литовской стены». Янц повторил ранее озвученный тезис: «Еврокомиссия не считает верным финансировать строительство преград и барьеров из фондов ЕС. Поэтому финансирование данного инфраструктурного объекта не должно осуществляться из фондов ЕС».
Остается только гадать, почему Вильнюс не возмутился этим ответом. Ведь тезис о том, что «ЕК не финансирует заборы», с легкостью можно опровергнуть. На европейские деньги, к примеру, была построена Сеутская стена. Причем произошло это в 1993 году, после окончания холодной войны, когда на Западе восторжествовал принцип «открытых дверей»…
Примеру Литвы решили последовать соседние страны, которые тоже столкнулись с проблемой неконтролируемой миграции.
Латвия, кстати, проектировала забор на границе с Беларусью еще в 2017 году. Позже выяснилось, что деньги на этот проект были разворованы, а Кабмин Кришьяниса Кариньша решил исправить ошибки предшественников.
«Сейчас мы можем начать строительство забора из колючей проволоки на латвийско-белорусской границе. Протяженность забора составит 37 км, он будет размещаться на самых критических участках», — сообщала в сентябре министр внутренних дел Латвии Мария Голубева.
Поляки еще в августе отчитались, что они своими силами возвели около 100 километров ограждений. Но на фотографиях, которые опубликовал министр национальной обороны, никакого забора не видно. Видны только два ряда спиралей из колючей проволоки высотой ниже человеческого роста. Крепких африканцев или арабов (а именно такие, как правило, штурмуют восточные рубежи ЕС) эти препятствия явно не остановят.
В Европе прекрасно знают, что при строительстве заборов аппетит приходит во время еды.
Стоимость возведения «Великой литовской стены» на границе с Беларусью изначально оценивалась в 15 миллионов евро. Потом эта сумма выросла до 42 миллионов, а в августе премьер-министр Литвы Ингрида Шимоните озвучила новую смету: 150 миллионов евро. Если ЕС возьмет на себя хотя бы часть этих расходов, то через некоторое время выяснится, что для защиты от «гибридной агрессии» Лукашенко забор должен быть выше, колючая проволока — прочнее, видеокамеры — мощнее. В общем, денег нужно больше.
Реакция Брюсселя закономерна. Урсула фон дер Ляйен не случайно подчеркнула, что решение отказать Польше и Литве в финансовой помощи принято не какими-то евробюрократами, а лидерами стран — членов ЕС. Тратить сотни миллионов евро на строительство заборов по периметру государственной границы Беларуси они считают нецелесообразным.
Вместо денег Варшава и Вильнюс получили традиционный «утешительный приз»: Евросоюз осудил «гибридную атаку» режима Лукашенко и пригрозил Беларуси очередным пакетом персональных санкций.
Президент Литвы Гитанас Науседа считает это большой победой: дескать, Европа показала готовность защищать себя. Но он же добавил: «Мы не можем решить вторичную проблему миграции, пока не решили первичную, и первичная миграция — у нашей границы».
Когда дело доходит до финансирования конкретных проектов по укреплению восточных границ Евросоюза, свидетели «гибридной агрессии» Лукашенко почему-то прячут голову в песок. При этом никто из них не говорит, что стена — это плохая идея. Напротив, уже упомянутый Адальберт Янц похвально отзывался о литовской инициативе: «Здесь нет никакого противоречия. Еврокомиссия не финансирует создание барьеров, но это не означает, что на конкретном участке границы в отдельный момент времени такой инфраструктурный объект не может быть эффективен».
Иначе как наплевательским такое отношение к Литве не назовешь.
Если Евросоюз действительно столкнулся с беспрецедентной «гибридной атакой», то почему он до сих не изучил вопрос эффективности строительства заграждений на границе с Беларусью?
«Режим Лукашенко теперь увидит, что ЕС может реагировать, может принимать решения и готов защищать себя», — заявил Науседа по итогам прошедшего саммита. С этим трудно поспорить: режим Лукашенко действительно увидел, что ЕС может принимать решения. Например, решение не финансировать сомнительные проекты по строительству заборов на границе с Беларусью.
Алексей Ильяшевич, Rubaltic.Ru