Как после начала СВО изменились отношения России и Африки, и почему российский президент стал кумиром для африканской молодежи?
На эти вопросы нам ответил африканский эксперт, специалист по славянским языкам — Дьедонне Гнамманку. Для российско-африканских отношений этот бенинский профессор — человек поистине легендарный: больше 25 лет жизни он посвятил изучению биографии предка Пушкина — Абрама Ганнибала (родившегося где-то на Южном континенте).
— Господин профессор, Вы бывали в нашей стране много раз, прекрасно знаете русский. Какие изменения за последние 20 лет вас поразили больше всего?
— До 1999 года, действительно, я бывал здесь почти каждый год: я — выпускник РУДН. В 2000 году, помню, один африканский еженедельник заказал мне статью о России и о российских президентских выборах. Это было за несколько недель до избрания Владимира Путина Президентом. И я тогда написал статью под названием «Кремлевский сфинкс». Да, я помню Россию конца 1990‑х. В те годы, после распада Советского Союза, Россия потеряла свой суверенитет. Она была даже на пути к тому, чтобы стать «страной третьего мира». В девяностые и у меня, и у остальных было ощущение, что Россия скоро станет именно такой страной, потому что в международном аэропорту Шереметьево нельзя было пойти в туалет — так было грязно. То же самое наблюдалось и в «странах третьего мира». А ведь аэропорт — витрина страны. Не говоря уже о многих других фактах, в том числе влиянии Запада и западной экономической системы на Россию в те годы.
— А что изменилось?
— С 2002 по 2020 годы Россия стала совсем другой, Россия стала мировой державой, Россия стала страной, чье слово имеет вес во всем мире. И все это случилось в течение очень короткого времени, ведь 20 лет в истории — очень мало. Помню, я жил во Франции (лет десять назад), у меня были две знакомые — одна из США, другая из России. И они решили провести каникулы во Франции, дней десять. Когда мы встретились, та, что жила в России, сказала, что она отдохнет и вернется домой в Россию: мол, «хорошо зарабатываю, всем довольна, отдохну и назад». Трудно себе представить, чтобы такое сказали 20 лет назад — в девяностые или в начале нулевых. Тогда русские, которым удавалось уехать, не возвращались на Родину, используя любую возможность остаться за границей. Теперь же Россия стала мировой державой, ваша экономика — одна из самых сильных, вы — одна из богатейших стран Европы. За последние 20 лет Россия совершила чудо, и на Западе не понимают, как вам это удалось.
— А с начала СВО отношения между Африкой и Россией изменились?
— В Африке за международной политикой с участием России начали пристально следить, когда ваша страна помогла Сирии. В 2011 году, когда НАТО разрушило Ливию, африканцы не понимали, почему не последовала реакция России и почему была дана возможность разрушить страну и убить Каддафи. Поэтому то, что произошло в Сирии, вызвало внимание Африки.
Затем, когда в 2020 году в Республике Мали начался военный переворот, молодежь вышла на улицы и поддержала военных-патриотов, и они подписали договор с Россией — за этими событиями тоже следила вся Африка. После этого Россия стала самой популярной неафриканской страной в Африке, а российский Президент стал иконой африканской молодежи.
— Запад говорит о «подрывной работе Москвы».
— Западные эксперты ошибаются в своем анализе событий, происходящих в Африке. Они думают, будто «Россия финансирует движения в Африке против Запада», потому что часто во время митингов люди выходят с российскими флагами. Конечно, это не так. Африка борется за суверенитет, и Россия поддерживает нас. И Советский Союз делал то же самое во время деколонизации Африки [в 1950–70‑х годах]. Поэтому африканцы сейчас считают, что Россия всегда поддерживала одну линию — за суверенитет стран и народов. Одновременно в Африке известно, что у Запада есть проект: развалить Россию, разделить ее на много частей. Мы, естественно, против этого.
— Продолжим про информационную войну: Запад говорит, будто «Россия обрекла Африку на голод, выйдя из зерновой сделки».
— Большинство нашего населения понимает и знают, что происходит за кулисами; но самое главное — для африканских народов это не проблема. Это западная пресса говорит, что наш народ нуждается в зерне, иначе мы будем голодать. Африканский народ считает, что мы сами должны найти решение этих проблем. Африканская молодежь не хочет никакой помощи извне. Африканцы поняли, что зерно, которое мы раньше покупали у Франции, на самом деле было из России. Нам его просто продавали дороже. Теперь все говорят: «Надо было сразу покупать у России зерно!»
— Почему на вашем континенте растет число приходов Русской Православной Церкви?
— В борьбу Африки против неоколониализма вовлечены все стороны жизни — не только экономика и политика, но и духовная сфера. Поэтому некоторые африканцы хотят через религию понять: почему Россия, хоть и является страной христианской веры, не ведет ту же политику, что и западноевропейские (католические и протестантские) страны? Почему Россия поддерживает все движения за суверенитет в Африке, и делала это в XX веке?
Я часто слышу дискуссии: зачем России нужна Африка? Одни говорят: «Ей нужны наши (африканские) ресурсы»; но позвольте, у вас есть Сибирь с ее ресурсами, кроме того, Россия никогда не вела колониальную политику в Африке.
Поэтому позицию России многие пытаются осознать через религию. Ведь западные страны, которые колонизировали Африку, приехали со своими версиями христианства. Многие африканцы не знают о православной религии, знают только о католиках и протестантах; о православной вере знают только в Египте и в Эфиопии. Так что особые отношения России и Африке могут объясняться еще и тем, что у России другая (незападная) религия — православие.
— Вы известны не только как эксперт-политолог, но еще и как пушкинист.
— В течение многих лет я только этим и занимался. Важно знать историю места, где родился Абрам Петрович Ганнибал [Дьедонне Гнамманку отстаивает версию, что Ганнибал родился в Камеруне — прим. ред.]. Я уже 28 лет работаю над проектом художественного фильма о Ганнибале. Пока не получилось, но продолжаю попытки.
— Интерес к Пушкину в Африке сейчас есть?
— В годы правления Ельцина Россия закрыла все контакты с Африкой, закрыла культурные центры, забыла о тех африканцах, которые учились в Советском Союзе. Но затем, за те 20 лет, пока Россия решала внутренние проблемы, в Африке интерес ко всему русскому очень вырос. Я опубликовал свою книгу о Пушкине около 26 лет назад на французском языке; эта история стала популярной, и миллионы африканцев стали задавать вопрос: как такое возможно, чтобы потомок африканцев в далекой России стал гением литературы?
Многие эту историю даже не знали, но когда узнали, что Ганнибал был генералом, главным математиком, инженером в Российской Империи и что его правнук стал иконой российской литературы — это вызвало огромный интерес у африканцев. И сейчас этот интерес возрос.
Я могу так говорить, потому что вижу, как на Ютубе появляется все больше роликов о Пушкине, о Ганнибале. И еще интересная деталь: каждый раз, когда на телевидении или радио заводят речь об отношениях России и Африки, всегда говорят: давайте не забывать, что один африканец был генералом в России, а Пушкин — крупнейший русский поэт и писатель. А это говорит о том, что уже в XVIII веке отношение и взгляды России к Африке отличались от западноевропейских. В Камеруне в 2016 году была защищена первая докторская диссертация о Пушкине — и в день защиты кандидат сказал, что на него повлияли мои труды.
Беседовала Марина Ушакова