Россия по-прежнему остается единственным гарантом мира в Приднестровье

На протяжении трех десятилетий Приднестровье остается точкой, в которой переплетен целый клубок региональных противоречий. До поры они казались неразрешимыми, но сейчас, когда вся система мироустройства приходит в движение, есть вероятность, что этот клубок будет распутан или разрублен. Как это повлияет на безопасность региона и на судьбы приднестровцев?

Источ­ник изоб­ра­же­ния: pikabu.ru

На рубе­же 1980‑х – 1990‑х годов люди, кото­рые про­жи­ва­ли на узкой поло­се зем­ли вдоль Дне­стра, смог­ли само­ор­га­ни­зо­вать­ся, что­бы отсто­ять свое пра­во жить в соста­ве боль­шо­го госу­дар­ства, в един­стве с Рос­си­ей. Про­цес­сы рас­па­да Совет­ско­го Сою­за к тому момен­ту ста­но­ви­лись уже вид­ны, в Мол­до­ве у вла­сти ока­зы­ва­лись поли­ти­ки, откры­то заяв­ля­ю­щие цели объ­еди­не­ния с сосед­ней Румы­ни­ей. В те годы в При­дне­стро­вье еще было живо поко­ле­ние, кото­рое пом­ни­ло румын­скую окку­па­цию края в 1941–1944 гг., для них такая пер­спек­ти­ва озна­ча­ла насто­я­щую ката­стро­фу.

Обра­зо­ва­ние само­сто­я­тель­ной При­дне­стров­ской Мол­дав­ской Рес­пуб­ли­ки – это был не столь­ко ответ на при­тес­не­ние прав рус­ско­языч­ных граж­дан в Мол­да­вии, сколь­ко, пожа­луй, един­ствен­ный спо­соб укло­нить­ся от втя­ги­ва­ния жите­лей реги­о­на в румын­ское про­стран­ство, гаран­ти­ей сохра­не­ния сво­ей само­быт­но­сти, в том чис­ле мол­дав­ской.

В При­дне­стро­вье все­гда про­жи­ва­ло мно­го­на­ци­о­наль­ное насе­ле­ние. Осво­е­ние края нача­лось еще в кон­це XVIII века, наци­о­наль­ные сооб­ще­ства в основ­ном сели­лись ком­пакт­но и исполь­зо­ва­ли в быту свои язы­ки. Очень мно­го в При­дне­стро­вье мол­дав­ских и укра­ин­ских сел, есть бол­гар­ское село Пар­ка­ны, там и сей­час жите­ли гово­рят на бол­гар­ском, армяне – выход­цы из Осман­ской импе­рии – осно­ва­ли в При­дне­стро­вье город Гри­го­рио­поль, в про­шлом были немец­кие, чеш­ские, серб­ские села. Но в обще­нии вне сво­их наци­о­наль­ных сооб­ществ все жите­ли тра­ди­ци­он­но исполь­зу­ют рус­ский язык.

При­дне­стров­ские мол­да­ване, как и дру­гие народ­но­сти, были воз­му­ще­ны вол­ной румы­ни­за­ции, кото­рая захлест­ну­ла в кон­це 1980‑х тогда еще Совет­скую Мол­да­вию. Для них был недо­пу­сти­мым пере­вод язы­ка на латин­скую гра­фи­ку. Поэто­му перед лицом новых угроз при­дне­стров­ское обще­ство ока­за­лось кон­со­ли­ди­ро­ван­ным.

А когда, уже после рас­па­да Сою­за, мол­дав­ское руко­вод­ство попы­та­лось силой уни­что­жить при­дне­стров­скую госу­дар­ствен­ность, оно встре­ти­ло народ, гото­вый отста­и­вать свою неза­ви­си­мость.

В нача­ле 1992 года при­дне­стров­цы были прак­ти­че­ски без­оруж­ны. Когда Киши­нев начал поли­цей­скую опе­ра­цию по уста­нов­ле­нию «кон­сти­ту­ци­он­но­го поряд­ка» на Дне­стре, людей при­шлось воору­жать пика­ми, спеш­но изго­тов­лен­ны­ми на заво­дах. Конеч­но, появи­лись жерт­вы. Но спу­стя месяц без­успеш­но­го сило­во­го нажи­ма Мол­до­ва пере­шла к исполь­зо­ва­нию воен­ной тех­ни­ки, еще через месяц мир­ные при­дне­стров­ские горо­да ста­ли обстре­ли­вать­ся из артил­ле­рии.

Предот­вра­тить кон­фликт пыта­лись рос­сий­ские поли­ти­ки. Еще в самом нача­ле сило­вой фазы Киши­нев и Тирас­поль посе­тил Алек­сандр Руц­кой с груп­пой рос­сий­ских депу­та­тов, боль­шие уси­лия пред­при­ни­ма­ла рос­сий­ская дипло­ма­тия. Но на том эта­пе мол­дав­ские вла­сти мог­ли понять толь­ко язык силы.

Еще с суво­ров­ских вре­мен так сло­жи­лось, что При­дне­стро­вье было местом дис­ло­ка­ции рос­сий­ских войск. В нача­ле 1990‑х годов здесь рас­по­ла­га­лась 14‑я Совет­ская армия. С рас­па­дом Сою­за она долж­на была перей­ти под юрис­дик­цию той рес­пуб­ли­ки, на тер­ри­то­рии кото­рой нахо­ди­лась. Под юрис­дик­цию Мол­до­вы, кото­рая уже начи­на­ла сило­вые дей­ствия про­тив при­дне­стров­цев, совет­ские офи­це­ры пере­хо­дить вряд ли бы согла­си­лись. Вла­сти При­дне­стро­вья объ­яв­лять 14‑ю Армию сво­ей тоже не соби­ра­лись, это была армия, спо­соб­ная одним рыв­ком занять Бал­ка­ны. Таких пла­нов у при­дне­стров­ско­го руко­вод­ства, конеч­но, быть не мог­ло. Да и содер­жать такую струк­ту­ру малень­кой рес­пуб­ли­ке было не под силу. В пер­вые меся­цы 1992 года созда­лась пара­док­саль­ная ситу­а­ция, Армия есть, а ее госу­дар­ства уже нет. Рос­сия, как пра­во­пре­ем­ни­ца СССР, вынуж­де­на была взять армию под свою юрис­дик­цию. Так Москва ока­за­лась напря­мую втя­ну­та в кон­фликт, кото­рый стре­ми­тель­но раз­во­ра­чи­вал­ся в сот­нях кило­мет­ров от ее гра­ниц.

У рос­сий­ско­го коман­до­ва­ния 14‑й Армии был чет­кий при­каз из Моск­вы – не вме­ши­вать­ся в мол­до-при­дне­стров­ское про­ти­во­сто­я­ние. Это был при­каз поли­ти­ка, кото­рый, воз­мож­но, не совсем пони­мал, что здесь про­ис­хо­дит. Быв­шие совет­ские офи­це­ры, став­шие рос­сий­ски­ми, дава­ли при­ся­гу защи­щать совет­ский народ, они не мог­ли спо­кой­но смот­реть как уби­ва­ют мир­ных жите­лей, таких же совет­ских людей, как и они сами. Тем более, что мно­гие из них уже обза­ве­лись семья­ми в При­дне­стро­вье. Этим людям при­хо­ди­лось ухо­дить в отпуск или уволь­нять­ся из армии, что­бы встать на защи­ту При­дне­стро­вья. Поэто­му рес­пуб­ли­ка, под­верг­шись агрес­сии со сто­ро­ны про­ру­мын­ских наци­о­на­ли­стов, очень быст­ро обре­ла защит­ни­ков – гра­мот­ных и про­фес­си­о­наль­ных офи­це­ров.

Вес­ной-летом 1992 года эска­ла­ция воору­жен­но­го кон­флик­та про­дол­жа­лась. Мол­до­ва зару­чи­лась неглас­ной под­держ­кой Румы­нии: офи­це­ры румын­ско­го Ген­шта­ба раз­ра­ба­ты­ва­ли пла­ны воен­ных опе­ра­ций про­тив При­дне­стро­вья, Румы­ния постав­ля­ла воору­же­ние Мол­до­ве, снай­пе­ры-наем­ни­ки из Румы­нии или лица, про­шед­шие там обу­че­ние, про­ни­ка­ли на мол­дав­ские пози­ции. Кон­фликт из внут­рен­не­го про­ти­во­сто­я­ния гро­зил пере­ра­с­ти в пол­но­цен­ную вой­ну. 19 июня 1992 года мол­дав­ские вой­ска вторг­лись в при­дне­стров­ский город Бен­де­ры, там нача­лась насто­я­щая рез­ня, за несколь­ко дней погиб­ли сот­ни мир­ных жите­лей. В этот момент коман­ду­ю­щим 14‑й Армии был назна­чен гене­рал Алек­сандр Лебедь. Он дол­жен был пре­кра­тить кон­фликт. Для это­го Лебе­дю пона­до­би­лось две неде­ли дипло­ма­ти­че­ских уси­лий и один мас­си­ро­ван­ный артил­ле­рий­ский удар по скоп­ле­нию мол­дав­ских войск, гото­вив­ших новое наступ­ле­ние на При­дне­стро­вье.

Раз­гром мол­дав­ской армии поз­во­лил при­сту­пить к мир­но­му поли­ти­че­ско­му уре­гу­ли­ро­ва­нию. Рос­сия, в соот­вет­ствии с дву­сто­рон­ним дого­во­ром, вве­ла в реги­он свои миро­твор­че­ские вой­ска.

За про­шед­шие три деся­ти­ле­тия бла­го­да­ря рос­сий­ско­му при­сут­ствию на Дне­стре не про­изо­шло ни одно­го зна­чи­мо­го инци­ден­та, кото­рый мог бы угро­жать реги­о­наль­ной без­опас­но­сти.

Даже два года Спе­ци­аль­ной воен­ной опе­ра­ции на Укра­ине, во вре­мя кото­рой При­дне­стро­вье ока­за­лось отре­зан­ным от Боль­шой зем­ли и, каза­лось, ста­ло без­за­щит­ным перед угро­за­ми со сто­ро­ны Мол­до­вы, Укра­и­ны, Румы­нии или НАТО, никак не ска­за­лись на устой­чи­во­сти мира, гаран­ти­ро­ван­но­го Рос­си­ей.

И все же опас­но­сти есть. Изме­не­ния на фрон­тах СВО, про­изо­шед­шие во вто­рой поло­вине 2023 года, пока­за­ли, что Укра­и­на, несмот­ря на всю запад­ную под­держ­ку, обре­че­на. В Мол­до­ве осо­зна­ли, что ждать побе­ды Кие­ва, что­бы полу­чить гаран­ти­ро­ван­ный кон­троль над При­дне­стро­вьем, они уже не могут. Сей­час Киши­нев кон­тро­ли­ру­ет все при­дне­стров­ские экс­порт­но-импорт­ные опе­ра­ции, но уже через счи­тан­ные меся­цы может так про­изой­ти, что рос­си­яне ока­жут­ся на под­сту­пах к Тирас­по­лю и тогда При­дне­стро­вье ока­жет­ся раз­бло­ки­ро­ван­ным с восто­ка.

С 1 янва­ря 2024 года Киши­нев при­сту­пил к эко­но­ми­че­ско­му подав­ле­нию рес­пуб­ли­ки. Руко­вод­ство Мол­до­вы потре­бо­ва­ло от при­дне­стров­ских пред­при­я­тий упла­ты тамо­жен­ных сбо­ров. На сле­ду­ю­щем эта­пе пред­по­ла­га­ет­ся обя­зать при­дне­стров­ских эко­но­ми­че­ских аген­тов пла­тить нало­ги в бюд­жет Мол­до­вы и вве­сти в обра­ще­ние мол­дав­ский лей вме­сто при­дне­стров­ско­го руб­ля. Такое «мир­ное» эко­но­ми­че­ское погло­ще­ние При­дне­стро­вья, как мыс­лят киши­нев­ские стра­те­ги, может быть воз­мож­ным, если с без­опас­но­сти при­дне­стров­цев с восто­ка будет угро­жать Укра­и­на. Слу­хи о том, что пре­зи­дент Мол­до­вы Майя Сан­ду дала согла­сие на втор­же­ние ВСУ в При­дне­стро­вье, актив­но рас­про­стра­ня­лись в фев­ра­ле это­го года.

В Тирас­по­ле к теку­щим вызо­вам отнес­лись серьез­но. Вла­сти рес­пуб­ли­ки ини­ци­и­ро­ва­ли Съезд депу­та­тов всех уров­ней. Съезд обра­тил­ся с воз­зва­ни­ем к Рос­сии, к ООН, к Евро­со­ю­зу, к ОБСЕ и к дру­гим реги­о­наль­ным акто­рам с прось­бой предот­вра­тить надви­га­ю­щу­ю­ся гума­ни­тар­ную ката­стро­фу. Меж­ду­на­род­ные парт­не­ры пока мол­чат, зато Москва уже ясно про­де­мон­стри­ро­ва­ла, что пра­ва при­дне­стров­цев она наме­ре­на защи­щать. Вопре­ки воле офи­ци­аль­но­го Киши­не­ва в При­дне­стро­вье будут откры­ты изби­ра­тель­ные участ­ки для выбо­ров пре­зи­ден­та Рос­сии. В рес­пуб­ли­ке про­жи­ва­ет почти чет­верть мил­ли­о­на граж­дан Рос­сий­ской Феде­ра­ции, и Москва обес­пе­чи­ла им реа­ли­за­цию их кон­сти­ту­ци­он­ных прав. Для Киши­не­ва и его запад­ных покро­ви­те­лей это ясный сиг­нал, что попыт­ки огра­ни­чить пра­ва рос­сий­ских граж­дан, в том чис­ле тех, кто про­жи­ва­ет вда­ли от рос­сий­ских гра­ниц, будут пре­се­кать­ся все­ми доступ­ны­ми для Рос­сии сред­ства­ми.

Рос­сия пока не при­зна­ла При­дне­стро­вье, но суве­ре­ни­тет Мол­до­вы над этим реги­о­ном постав­лен Моск­вой под вопрос.

Если нажим на при­дне­стров­цев уси­лит­ся, Мол­до­ва рис­ку­ет пой­ти по пути Укра­и­ны и мол­дав­ское госу­дар­ство ждет рас­пад.

Впро­чем, если это про­изой­дет, это будет осо­знан­ное реше­ние мол­дав­ско­го руко­вод­ства. Дей­ству­ю­щие в Мол­до­ве вла­сти явно тяго­тят­ся неза­ви­си­мо­стью сво­ей стра­ны. Покон­чить с при­дне­стров­ской про­бле­мой, а заод­но с мол­дав­ской госу­дар­ствен­но­стью и уйти в Румы­нию, – похо­же, это для них не худ­ший сце­на­рий.

Игорь Шор­ни­ков, Rubaltic.Ru