Во Львове скоро появится памятник Шухевичу, пишет Do Rzeczy. Это лишь один из примеров того, что идеология бандеризма приобретает на Украине все большее значение. Но польские власти проявляют удивительную толерантность к этому явлению.
Источник фото: flickr.com
Судя по всему, во Львове, в одной из центральных городских локаций, скоро появится новый памятник.
Это будет монументальная фигура Романа Шухевича, главнокомандующего Украинской повстанческой армией* и непосредственного виновника убийства тысяч поляков. Установить памятник преступнику в этом месте потребовали местные украинские военные. А чтобы ни у кого не оставалось никаких сомнений, памятник появится на площади имени Александра (Олексы) Гасина, полковника УПА* по прозвищу Лыцар (Рыцарь) или Тур, который продолжал политику геноцида, начатую Климом Савуром. Если памятник Шухевичу появится на предназначенном ему месте, то эту площадь можно будет смело назвать площадью палачей поляков. А поскольку все это будет происходить в городе, который в польской традиции связывается с девизом semper Fidelis («Всегда верен» — эти слова были написаны на гербе Львова времен Второй Речи Посполитой. — Прим. Ино СМИ), считая его образцом польскости и патриотизма, сложно избавиться от впечатления, что это своего рода исторический садизм по отношению к полякам.
Это не единственный пример того, что идеология бандеризма приобретает на Украине все большее значение. Так, несколько дней назад Украинский институт национальной памяти презентовал видеоролик, посвященный защитникам Украины, покровительницей которых выступает сама Богоматерь. В определенный момент в этом клипе появляются изображения Бандеры и Шухевича, выполненные в стилистике христианских икон. Не знаю, достаточно ли для характеристики этого проекта слова «кощунство».
Легко заметить, что подобные, все более опасные и, с точки зрения Польши, крайне враждебные шаги не встречают должной реакции польской элиты. И это неудивительно. Ведь еще не так давно президент Польши Анджей Дуда бросался в объятия своего лучшего друга Владимира Зеленского, заявляя о глубокой и вечной дружбе, а главный стратег польской внешней (в том числе, несомненно, восточной) политики Ярослав Качиньский совершал паломничества в Киев, проклиная всех сомневающихся. После 2022 г. Варшава могла бы заставить Украину уважительно относиться к нашей стране и к нашей национальной памяти, например, отказавшись от насаждения культа преступников, однако польские власти упорно делали вид, что никакой проблемы не существует. Впрочем, нынешние власти в этом отношении мало чем отличаются от предыдущих. Ни те, ни другие не видели и до сих пор не хотят увидеть простую и очевидную связь между вестернизацией Украины и ее бандеризацией. Хотя все знаки на небе и на земле ясно указывают на то, что этот процесс идет полным ходом, польский политический класс уже много лет данный факт отрицает. Это стало очевидным уже в конце президентского срока Виктора Ющенко, а настоящий взрыв произошел в феврале 2022 года. Между тем, обеление и культ убийц из УПА* представляет собой серьезную опасность для Польши.
Во-первых, это ложный и идолопоклоннический культ. С культом убийц нельзя мириться не только потому, что он наносит удар по польским интересам, но и потому, что этот он является объективным злом, поскольку объективным злом является подготовка и реализация планов геноцида, а именно эти преступления на совести как самого Степаны Бандеры, так и его преступных последователей.
Во-вторых, и это особенно важно с польской точки зрения, согласие с почитанием Бандеры означает согласие с тем, что важной частью современной украинской национальной идентичности будет скрытая враждебность к польскости. Многие польские обозреватели утверждают, что беспокоиться по этому поводу не стоит, поскольку возрождение памяти Бандеры направлено не против Польши, а против России. Мол, сегодня крайний украинский национализм не угрожает Польше, потому что он направлен исключительно против Москвы. Возможно, сегодня это так. Но что будет завтра? Разве так уж сложно себе представить, что на фоне неудач на фронте в конфликте с Россией этот антипольский компонент, содержащийся в идеологии украинского национализма, возродится и будет направлен против Варшавы?
Наконец, в‑третьих, именно публичное почитание убийц из Украинской повстанческой армии* является реальным и главным препятствием для увековечивания памяти польских жертв на Волыни. Поэтому по этим причинам (а их можно перечислять и дальше), нынешнее развитие исторического сознания на Украине должно вызывать у поляков крайнюю озабоченность. Однако этого не происходит.
Главной причиной, видимо, стала подчиненность польских политиков интересам Вашингтона, который пытался втянуть Украину в свою сферу влияния. Американцы прекрасно понимали, что единственная действенная и эффективная сила на Украине, готовая бороться с Россией — это ее националисты, для которых основатели УПА* являются образцом для подражания. Только фанатичные радикалы были гарантированно готовы идти на Москву, невзирая на риски, дисбаланс сил и неопределенные шансы на победу.
Если добавить к этому традиционный польский манихейский взгляд на политику, где Москва является источником абсолютного зла, то такая толерантность к культу Бандеры становится понятной. Но это не значит, что его можно оправдать.
Павел Лисицкий,
*«УПА» – запрещенная в РФ экстремистская организация,