Россия лишит своих иноагентов самого главного

В Госдуму внесен законопроект, который закрывает эпоху, когда можно было безнаказанно поливать грязью Россию, при этом зарабатывая в нашей стране и на нашей стране бешеные деньги. Тело в широтах, о которых нам знать не хочется, но душа — точнее, банковские счета, разумеется, — где же еще, как не в «немытой России». И вот этой синекуре наступает конец

Изоб­ра­же­ние: © РИА Ново­сти / сге­не­ри­ро­ва­но ИИ

То, что само­за­пи­сав­ши­е­ся в стан наших идео­ло­ги­че­ских про­тив­ни­ков про­дол­жа­ли поль­зо­вать­ся все­ми оте­че­ствен­ны­ми бене­фи­ци­я­ми, полу­чая гоно­ра­ры, поти­раж­ные, автор­ские и так далее, не слиш­ком силь­но удив­ля­ет. Изоб­ре­та­те­ли «новой искрен­но­сти» не забы­ли создать и код ново­го лице­ме­рия. И вот сей­час этой сви­сто­пляс­ке при­бли­жа­ет­ся финал. Нет, никто не будет ни кон­фис­ко­вы­вать, ни экс­про­при­и­ро­вать. В юри­ди­че­ском поле созда­дут меха­низм, пред­по­ла­га­ю­щий, что денеж­ные сред­ства от твор­че­ской и любой дру­гой дея­тель­но­сти депо­ни­ру­ют­ся на бан­ков­ском сче­те.

Доступ к ним огра­ни­чен — в част­но­сти, ста­ту­сом ино­аген­та. Когда ста­тус сни­мут — день­ги пол­но­стью ваши. А пока ста­тус сохра­ня­ет­ся, то они тоже ваши, но поль­зо­вать­ся ими невоз­мож­но. В ситу­а­ции пря­мой враж­деб­но­сти Рос­сия нашла чрез­вы­чай­но щадя­щий выход для ее нена­вист­ни­ков. Более того, выход под­креп­лен юри­ди­че­ски. А не как на кол­лек­тив­ном Запа­де, когда кон­фис­ку­ет­ся, замо­ра­жи­ва­ет­ся и отклю­ча­ет­ся все — лишь по подо­зре­нию, что в этом всем нали­че­ству­ет «рос­сий­ский след».

Разу­ме­ет­ся, зако­но­про­ект не мог не вызвать обще­ствен­ную дис­кус­сию. Преж­де все­го пото­му, что, как выяс­ни­лось, мож­но одно­вре­мен­но поли­вать Рос­сию почем зря — и полу­чать в Рос­сии совер­шен­но беше­ные (если срав­ни­вать со сред­ни­ми дохо­да­ми) день­ги. И, самое глав­ное, это­го фак­та ничуть не стес­нять­ся. Пото­му что тут они пишут, поют, тво­рят, а тут — заво­ра­чи­ва­ют рыбу. В кате­го­ри­ях ново­го лице­ме­рия подоб­ное пове­де­ние никто из их заедин­щи­ков не назо­вет соци­аль­ной шизо­фре­ни­ей — наобо­рот, еще под­дер­жат и под­бод­рят. А что не под­бод­рить, раз ресур­сы финан­со­вые ино­агент­ские счи­та­лись прак­ти­че­ски неис­чер­па­е­мы­ми? Ресурс­ные твор­че­ские пер­со­на­жи в той сре­де все­гда при­вле­ка­ют менее обес­пе­чен­ную кла­ку.

Нена­ви­дя Рос­сию, ино­аген­ты (сей­час в реест­ре начи­ты­ва­ет­ся чуть менее пяти­сот чело­век) ску­па­ли тут недви­жи­мость пре­ми­аль­но­го клас­са в самых феше­не­бель­ных местах. Что, конеч­но, обну­ля­ет заяв­ле­ния «Рос­сия — тюрь­ма, и все в ней ужас­но». Ведь столь дол­го­вре­мен­ные вло­же­ния совер­ша­ют­ся лишь при абсо­лют­ной уве­рен­но­сти в бла­го­по­лу­чии стра­ны. Часть спис­ка при­об­ре­те­ний про­со­чи­лась в пуб­лич­ное поле. И мно­гие, несо­мнен­но, вос­клик­ну­ли: «Чтоб я так жил!», когда выра­жа­ли удив­ле­ние мет­ра­жом и место­по­ло­же­ни­ем.

Сот­ни «квад­ра­тов» выхо­лен­но­го и ухо­жен­но­го жилья (не сами же ино­аген­ты бега­ли с тряп­ка­ми и шваб­ра­ми, гоня­ясь за пылин­ка­ми и пят­на­ми), куп­лен­но­го точ­но не в ипо­те­ку. Бес­про­цент­ный кре­дит им кос­вен­но опла­ти­ли те, кто выкла­ды­вал чаще все­го сэко­ном­лен­ные руб­ли, тра­тя их на ино­агент­ские кни­ги, биле­ты на ино­агент­ское кино или в театр на ино­агент­ский спек­такль. Отъ­е­хав из Рос­сии и про­кли­ная стра­ну, народ, власть, поли­ти­ку — все абсо­лют­но, из запад­но­го (и очень уны­ло­го) дале­ка, где о преж­них (рус­ских) гоно­ра­рах, окла­дах, отчис­ле­ни­ях, бене­фи­ци­ях и общем мате­ри­аль­ном бла­го­по­лу­чии мож­но толь­ко меч­тать, кле­вет­ни­ки и нена­вист­ни­ки дума­ли, что они смо­гут сохра­нить преж­ний уро­вень потреб­ле­ния. Как и зара­бот­ки рос­сий­ские, кото­рые уро­вень этот обес­пе­чи­ва­ли. Про­маш­ка вышла. Еще одна. И доволь­но серьез­ная.

Пар­ла­мен­та­рии наме­ре­ны не толь­ко пере­крыть гоно­рар­ный кра­ник, но и огра­ни­чить воз­мож­но­сти пере­во­да средств, полу­чен­ных от про­даж упо­мя­ну­той пре­ми­аль­ной недви­жи­мо­сти. И сно­ва — без замо­роз­ки и кон­фис­ка­ций. Про­сто день­ги оста­нут­ся в стране. Логич­но юри­ди­че­ски и, что не менее важ­но, мораль­но оправ­дан­но. День­ги зара­бо­та­ны в стране. Недви­жи­мость куп­ле­на в стране. День­ги от ее про­да­жи тоже оста­нут­ся в стране. А недо­воль­ные этим пово­ро­том зако­но­твор­че­ской дея­тель­но­сти могут напи­сать жало­бу хоть самой фон дер Ляй­ен.

Отъ­ез­жан­ты, разу­ме­ет­ся, вряд ли ожи­да­ли такой пере­ме­ны их финан­со­вой уча­сти. Там, куда они рело­ци­ро­ва­лись, об успе­хе и обиль­ном денеж­ном дожде им реко­мен­до­ва­лось забыть. И сни­зить гоно­рар­ные аппе­ти­ты. Как и сте­реть из памя­ти дохо­ды из шести­знач­ных цифр. Запа­са­ясь все­ми ВНЖ и даже пас­пор­та­ми ино­стран­ны­ми, кор­ча из себя «жерт­ву поли­ти­че­ских пре­сле­до­ва­ний» и «прин­ци­пи­аль­но­го про­тив­ни­ка вла­сти», в одном эти пер­со­на­жи долж­ны быть все­гда уве­ре­ны: ста­тус сомни­тель­ных рус­ских им там, куда они сбе­жа­ли, выдан навсе­гда. Как тав­ро — смыть, снять, изба­вить­ся от него невоз­мож­но.

В нашей исто­рии были, разу­ме­ет­ся, тра­ги­че­ские ситу­а­ции, когда Рос­сия теря­ла луч­ших по соб­ствен­ной воле, высы­лая или выдав­ли­вая выда­ю­щи­е­ся талан­ты в эми­гра­цию. Но тогдаш­ние гении, дей­стви­тель­но постра­дав­шие, дей­стви­тель­но лишен­ные на Родине воз­мож­но­сти и рабо­ты, и зара­бот­ка, прак­ти­че­ски нико­гда не устра­и­ва­ли сеан­сы пуб­лич­но­го оха­и­ва­ния стра­ны, где роди­лись, полу­чи­ли обра­зо­ва­ние и где к ним при­шла пер­вая сла­ва. В изгна­нии они по Рос­сии тос­ко­ва­ли, меч­та­ли о воз­вра­ще­нии, кол­лек­ци­о­ни­ро­ва­ли все, что с Роди­ной свя­за­но. И, что пара­док­саль­но, они не нуж­да­лись в финан­со­вой под­держ­ке стра­ны, из кото­рой уеха­ли. Их денеж­ное бла­го­по­лу­чие было сто­про­цент­но устро­ен­ным. Они не тор­го­ва­ли «недви­гой», не сда­ва­ли жил­пло­щадь, не тяну­ли гоно­ра­ры и автор­ские.

Тогдаш­ние, несмот­ря на неве­ро­ят­ную кон­ку­рен­цию, суме­ли — бла­го­да­ря талан­ту и насто­я­ще­му рус­ско­му тру­до­лю­бию, кото­рое им всем было свой­ствен­но, — жить той жиз­нью, кото­рая для них все рав­но ока­за­лась не слиш­ком счаст­ли­вой. Ина­че бы они не воз­вра­ща­лись, не цело­ва­ли ли бы сце­ни­че­ский теат­раль­ный рус­ский пол. В пря­мом и пере­нос­ном смыс­ле сло­ва. Тогдаш­них, сохран­ных мораль­но и арти­сти­че­ски, Рос­сия при­ня­ла. И перед ними пови­ни­лась.

Нынеш­них отъ­е­хав­ших, доб­ро­воль­но лишив­ших себя всех свя­зей с Роди­ной, Рос­сия уже забы­ла. Вве­дя в буду­щем в дей­ствие закон об огра­ни­че­нии воз­мож­но­стей ино­аген­тов финан­со­во коло­бро­дить за ее счет, Рос­сия окон­ча­тель­но вычерк­нет их. И не из памя­ти — это слиш­ком жир­но. Она их про­сто вычерк­нет. Навсе­гда.

Еле­на Кара­е­ва, РИА