В Сербии состоялась новая, уже третья волна выступлений против действующих властей за этот год
Фото: AP/Darko Vojinovic
В стране продолжаются массовые студенческие демонстрации, вызванные трагедией в Нови-Саде в ноябре прошлого года. В результате обрушения козырька железнодорожного вокзала погибли 16 человек. Общество было глубоко потрясено этим инцидентом, назвав одной из главных причин произошедшего чудовищно высокий уровень коррупции и кумовства в Сербии, что провоцирует халатность на местах. Как считается, это и стало главным мотивом протеста, хотя есть еще и сопутствующие претензии, например недостаточный уровень диалога власти с населением, обвинение президента Александра Вучича в авторитарных наклонностях и другие.
Дата последнего протеста, 28 июня, была выбрана не случайно. В этот день отмечается один из главных национальных и религиозных праздников Сербии — Видовдан (Видов день). В этот день в 1389 году произошла известная битва на Косовом поле с турками, в результате которой Сербия утратила свою независимость и на ближайшие 500 лет перешла под контроль османов. Смысл Видовдана заключается в памяти о жертвах и героях косовской битвы, которая стала символом борьбы за свободу и национальную идентичность Сербии.
Примечательно, что дата 28 июня стала сакральной и в некотором роде мистической для сербского народа. На протяжении истории именно в этот день происходили судьбоносные и значимые события в истории государства. Так, 28 июня 1914 года в Сараево серб Гаврило Принцип осуществил покушение на эрцгерцога Франца Фердинанда. 28 июня 1941 года был образован главный штаб народно-освободительных партизанских отрядов Югославии, и югославские партизаны начали борьбу с фашизмом. 28 июня 1991 года началась гражданская война в Югославии, закончившаяся впоследствии ее распадом. Наконец 28 июня 2001 года Слободан Милошевич был выдан Гаагскому трибуналу.
Протестующие сейчас студенты и оппозиция намеренно назначили этот же день для очередного митинга. Демонстранты решили воспользоваться датой, поскольку это стало красивым поводом в некотором роде ярче обозначить протест и показать большую его значимость для дальнейшей судьбы Сербии, если угодно — легитимизировать его окончательно в глазах общества.
Вместе с тем на протесты вышло значительно меньше людей, чем в прошлую акцию, когда число участников достигало 300 тыс. человек. Сейчас же демонстрация собрала не более 35 тыс. Отчасти это говорит о том, что протесты начинают потихоньку выдыхаться, а власть укрепляет позиции. Сейчас она чувствует себя более уверенно и, по словам президента Вучича, отныне не собирается идти на уступки и рассматривать студенческие «захтевы» (на серб. — заявления).
При этом нельзя сказать, что на этом протесты закончатся. Они будут снова происходить в ближайшее время — волна за волной. Однако сейчас можно с большей долей уверенности говорить о том, что прямой угрозы власти нет. Ситуация хорошо контролируемая, даже несмотря на тот факт, что последний митинг 28 июня отличался усилением радикальной составляющей: произошли многочисленные столкновения с полицией, были задержания, применялись средства для разгона демонстрантов.
Многим приелось выражение «цветная революция». В данном кейсе с Сербией, как представляется, можно говорить о смешанном типе протестов: здесь очень сильны в первую очередь именно внутренние причины, однако вместе с тем прослеживаются и элементы той самой технологии цветной революции (агитирование молодежи, листовки, прыжки на площадях, обвинения властей в авторитаризме, требование отставки). Попытки раскачивания ситуации продолжаются, но власти, видимо, научились неплохо ее контролировать. Президент Вучич даже заявил о том, что напишет книгу под названием «Как я победил цветную революцию».
Как бы ни развивалась дальше ситуация, трудно не поверить в то, что Брюсселю она невыгода, скорее наоборот. Это очень хороший шанс для ЕС оказать дополнительное давление на Сербию, сделать Александра Вучича более покладистым, послушным и удобным партнером. Если этот вариант не сработает, то есть второй — заменить его на более лояльную фигуру. Фигуру, которая, следуя геополитической логике Брюсселя, не будет вести контактов с Россией, охотно введет против нее санкции, признает независимость Косово и вообще отдаст свою страну под внешнее управление. Это было бы идеальным вариантом для Запада.
Но сербов не так просто подчинить своей воле. Это очень принципиальный, свободолюбивый народ, который ни под каким давлением не будет действовать наперекор своим национальным интересам. Есть такое понятие, как «сербский инат» — неделание чего-либо из принципа и глубоких убеждений. Александр Вучич и действующие сербские власти на данном этапе следуют именно этим принципам.
В сухом остатке получается, что протесты ослабли, но угроза для властей пока не исчезла окончательно. Демонстрации будут продолжаться с разной периодичностью и интенсивностью в ближайшее время, например в грядущие или последующие выходные. Оппозиция и студенты не теряют надежд показать, что они «реальная сила в стране», и продолжат выдвигать ультиматумы. Власть наблюдает за ситуацией, принимая решительные меры в случае необходимости в дальнейшем, такие как, например, жесткий силовой разгон протестов, аресты нарушителей правопорядка и так далее. Пока представляется, что Александр Вучич оставляет этот вариант про запас, с тем чтобы, во-первых, обеспечить себе возможность принятия каких-то более решительных мер в будущем. Во-вторых, придержание подобных резких шагов, вероятно, связано с опасениями слишком негативной реакции со стороны ЕС, что может пошатнуть как лично позицию президента, так и политику многовекторности Сербии, которую власти продолжают проводить вплоть до настоящего времени.
Милан Лазович, газета «Известия»