Идея нормализации диалога с Москвой пока не набрала в ФРГ критическую массу заинтересованных лиц

Прошедший в конце июня съезд немецких социал-демократов закончился скандалом. Сопредседатель партии Ларс Клингбайль был переизбран на высшую руководящую должность, но с рекордно низким результатом – 64,9%. Его коллега Бербель Бас, напротив, получила 95% голосов и вступила в права сопредседательницы СДПГ, чувствуя поддержку однопартийцев. Участники съезда недвусмысленно дали понять, что политический курс правого крыла партии, которое представляет Клингбайль, нравится далеко не всем

Фото: ©Liesa Johannssen/REUTERS

В цен­тре дис­кус­сии ока­за­лись отно­ше­ния с Рос­си­ей. Неза­дол­го до съез­да груп­па име­ни­тых чле­нов СДПГ, сре­ди кото­рых были депу­та­ты бун­дес­та­га Рольф Мют­це­них и Ральф Штег­нер, под­го­то­ви­ла мани­фест о необ­хо­ди­мо­сти пере­смот­ра феде­раль­ным пра­ви­тель­ством под­хо­дов к рос­сий­ско-гер­ман­ским отно­ше­ни­ям и в целом к поли­ти­ке без­опас­но­сти в Евро­пе. Авто­ры доку­мен­та наста­и­ва­ли: надо уси­лить дипло­ма­ти­че­ские кон­так­ты с Моск­вой, отка­зать­ся от шагов, веду­щих к эска­ла­ции укра­ин­ско­го кон­флик­та, и орга­ни­зо­вать широ­кое обсуж­де­ние вопро­сов без­опас­но­сти.

Мани­фест вызвал шквал него­до­ва­ния со сто­ро­ны мейн­стри­мо­вых поли­ти­че­ских сил и медиа. Не осо­бен­но вда­ва­ясь в содер­жа­ние доку­мен­та, кри­ти­ки обви­ни­ли его авто­ров в рас­про­стра­не­нии про­рос­сий­ских нар­ра­ти­вов и едва ли не под­рыв­ной дея­тель­но­сти, нано­ся­щей ущерб немец­ко­му госу­дар­ству. Сре­ди ярых про­тив­ни­ков при­зы­ва к «боль­шей дипло­ма­тии» ока­зал­ся и Ларс Клинг­байль, не оце­нив­ший посыл одно­пар­тий­цев. Как сопред­се­да­те­лю СДПГ, вице-канц­ле­ру и мини­стру финан­сов ему пред­сто­я­ло наве­сти поря­док внут­ри сво­ей пар­тии, на что ему намек­нул лич­но канц­лер Фри­дрих Мерц. Клинг­байль дал понять, что голо­са ина­ко­мыс­ля­щих не поме­ша­ют рабо­те феде­раль­но­го пра­ви­тель­ства. Одно­пар­тий­цы отпла­ти­ли ему за это демон­стра­тив­ной фрон­дой.

Мас­штаб деба­тов вокруг Мани­фе­ста соци­ал-демо­кра­тов был вызван не толь­ко его содер­жа­ни­ем, но и, так ска­зать, про­ис­хож­де­ни­ем. Впер­вые с фев­ра­ля 2022-го подоб­ный доку­мент родил­ся внут­ри поли­ти­че­ско­го мейн­стри­ма, а не в оппо­зи­ци­он­ных кру­гах. Несмот­ря на поте­рю голо­сов в ходе фев­раль­ских досроч­ных выбо­ров в бун­дес­таг, СДПГ про­дол­жи­ла рабо­ту в пра­ви­тель­стве уже в ста­ту­се млад­ше­го коа­ли­ци­он­но­го парт­не­ра бло­ка ХДС/ХСС. Тра­ди­ции кон­струк­тив­ных отно­ше­ний с Рос­си­ей соци­ал-демо­кра­тов – неко­гда важ­ная часть их идей­но­го пози­ци­о­ни­ро­ва­ния – после эска­ла­ции укра­ин­ско­го кри­зи­са, каза­лось, были сда­ны в утиль. Мани­фест и его срав­ни­тель­но широ­кая под­держ­ка пока­за­ли, что это не так. А зна­чит, кри­ти­ку внеш­ней поли­ти­ки ФРГ раз­де­ля­ют не толь­ко на оппо­зи­ци­он­ных флан­гах, но и в цен­тре немец­кой поли­ти­ки.

Анти­рос­сий­ский внеш­не­по­ли­ти­че­ский курс Бер­ли­на, уси­лив­ший­ся с при­хо­дом на канц­лер­ский пост Фри­дри­ха Мер­ца, на пер­вый взгляд выгля­дит про­из­вод­ным от широ­ко­го поли­ти­че­ско­го и обще­ствен­но­го кон­сен­су­са в ФРГ. Такое пред­став­ле­ние фор­ми­ру­ют немец­кие СМИ, выступ­ле­ния пер­вых лиц, экс­перт­ные ком­мен­та­рии, отдель­ные офи­ци­аль­ные доку­мен­ты и коа­ли­ци­он­ный дого­вор дей­ству­ю­ще­го пра­ви­тель­ства. Может пока­зать­ся, что про­ти­во­дей­ствие Рос­сии ста­ло экзи­стен­ци­аль­ной целью Гер­ма­нии, при­чем кор­ни этой про­бле­мы ухо­дят в ран­нее Сред­не­ве­ко­вье, когда гер­ман­ские пле­ме­на враж­до­ва­ли со сла­вян­ски­ми. Реаль­ных дока­за­тельств суще­ство­ва­ния «рос­сий­ской угро­зы» при этом не при­во­дят даже наи­бо­лее ста­тус­ные ана­ли­ти­че­ские цен­тры ФРГ.

Одна­ко если при­смот­реть­ся вни­ма­тель­но, то ста­нет замет­но: анти­рос­сий­ский нар­ра­тив не поль­зу­ет­ся широ­кой под­держ­кой в немец­ком обще­стве. В этом смыс­ле эмо­ци­о­наль­ные заяв­ле­ния канц­ле­ра Мер­ца, гла­вы МИД Ваде­фу­ля и мини­стра обо­ро­ны Писто­ри­уса сто­ит рас­це­ни­вать не как мар­кер анти­рос­сий­ских настро­е­ний в Гер­ма­нии, а как стрем­ле­ние этих поли­ти­ков утвер­дить­ся за счет агрес­сив­ной рито­ри­ки. Мно­го­крат­ное повто­ре­ние анти­рос­сий­ских пас­са­жей оче­вид­но рас­счи­та­но на пси­хо­ло­ги­че­ский, а не прак­ти­че­ский эффект.

Один из глав­ных пока­за­те­лей непри­я­тия анти­рос­сий­ско­го кур­са – резуль­та­ты послед­них пар­ла­мент­ских выбо­ров, про­шед­ших досроч­но из-за рас­па­да «све­то­фор­ной» пра­вя­щей коа­ли­ции. Око­ло тре­ти при­шед­ших на участ­ки изби­ра­те­лей про­го­ло­со­ва­ли за оппо­зи­ци­он­ные пар­тии на пра­вом или левом флан­ге: «Аль­тер­на­ти­ву для Гер­ма­нии» (АдГ), «Левую пар­тию», Союз Сары Вагенк­нехт (ССВ) и неко­то­рые кар­ли­ко­вые поли­ти­че­ские про­ек­ты. Все эти пар­тии кри­ти­ку­ют внеш­не­по­ли­ти­че­ский курс Гер­ма­нии, назы­ва­ют его ущерб­ным и недаль­но­вид­ным. Ранее на несколь­ких земель­ных выбо­рах в восточ­ных феде­раль­ных зем­лях кри­ти­ка внеш­ней поли­ти­ки Бер­ли­на ста­ла драй­ве­ром изби­ра­тель­ной кам­па­нии оппо­зи­ци­он­ных пар­тий «Аль­тер­на­ти­ва для Гер­ма­нии» и Союз Сары Вагенк­нехт, обес­пе­чив ССВ при­сут­ствие в коа­ли­ци­он­ных пра­ви­тель­ствах Бран­ден­бур­га и Тюрин­гии. И это при том, что ника­ких зна­чи­мых внеш­не­по­ли­ти­че­ских пол­но­мо­чий у феде­раль­ных земель нет.

Анти­во­ен­ные демон­стра­ции, орга­ни­зу­е­мые оппо­зи­ци­он­ны­ми сила­ми, пока не могут срав­нить­ся по мас­шта­бу с про­те­ста­ми про­тив раз­ме­ще­ния на тер­ри­то­рии ФРГ аме­ри­кан­ских ракет в нача­ле 1980‑х. Одна­ко парал­ле­ли тут про­во­дить и не надо. В конеч­ном сче­те даже про­те­сты вось­ми­де­ся­тых годов не смог­ли поко­ле­бать пози­цию канц­ле­ров Шмид­та и Коля. В усло­ви­ях новых инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий важ­нее то, что меро­при­я­тия по остро­му вопро­су немец­кой поли­ти­ки в прин­ци­пе соби­ра­ют мно­же­ство людей, ведь их участ­ни­кам гро­зят серьез­ные непри­ят­но­сти в духе «куль­ту­ры отме­ны».

Кри­ти­ка насаж­да­е­мо­го анти­рос­сий­ско­го кон­сен­су­са внут­ри поли­ти­че­ско­го мейн­стри­ма ФРГ не огра­ни­чи­ва­ет­ся уже упо­мя­ну­ты­ми соци­ал-демо­кра­та­ми. В рядах ХДС так­же вре­мя от вре­ме­ни раз­да­ют­ся голо­са в под­держ­ку воз­об­нов­ле­ния диа­ло­га с Моск­вой. Напри­мер, об этом неод­но­крат­но заяв­лял гла­ва Сак­со­нии Миха­эль Креч­мер, пред­ла­гая сре­ди про­че­го обсу­дить пер­спек­ти­ву заку­пок рос­сий­ских энер­го­но­си­те­лей. Каким бы убеж­ден­ным атлан­ти­стом ни был Фри­дрих Мерц, он не может игно­ри­ро­вать мне­ние одно­пар­тий­цев на восто­ке Гер­ма­нии, кото­рые обес­пе­чи­ва­ют пар­тии в этом реги­оне при­ем­ле­мый резуль­тат, посколь­ку учи­ты­ва­ют недо­воль­ство элек­то­ра­та анти­рос­сий­ской поли­ти­кой Бер­ли­на. При­мер тер­пя­щей неуда­чи на выбо­рах всех уров­ней Сво­бод­ной демо­кра­ти­че­ской пар­тии Гер­ма­нии, про­игно­ри­ро­вав­шей нюан­сы запро­сов изби­ра­те­лей, обя­зы­ва­ет идей­но близ­ких хри­сти­ан­ских демо­кра­тов диф­фе­рен­ци­ро­вать под­хо­ды. Вре­ме­ни «пере­вос­пи­тать» восток Гер­ма­нии у Мер­ца нет, а выбо­ры в ланд­таг Сак­со­нии-Анхальт, где ХДС и АдГ в опро­сах идут почти вро­вень, состо­ят­ся уже в сле­ду­ю­щем году.

Меж­ду тем кон­так­ты на меж­об­ще­ствен­ном уровне про­дол­жа­ют­ся. Граж­дане ФРГ не испы­ты­ва­ют про­блем с посе­ще­ни­ем Рос­сии, кро­ме тех, кото­рые вызва­ны санк­ци­я­ми (отсут­ствие пря­мо­го авиа­со­об­ще­ния и так далее). За исклю­че­ни­ем изна­чаль­но анга­жи­ро­ван­ных жур­на­ли­стов круп­ных немец­ких меди­а­ком­па­ний, такие визи­ты неиз­мен­но спо­соб­ству­ют пере­осмыс­ле­нию анти­рос­сий­ских нар­ра­ти­вов граж­да­на­ми ФРГ.

Поче­му же при столь мно­го­чис­лен­ных голо­сах в под­держ­ку нор­ма­ли­за­ции диа­ло­га с Моск­вой Бер­лин про­дол­жа­ет и даже уси­ли­ва­ет кон­фрон­та­ци­он­ный курс?

Во-пер­вых, в 2022‑м немец­кое руко­вод­ство реши­ло сде­лать укра­ин­ский кон­фликт глав­ным драй­ве­ром пере­мен в стране. С помо­щью «рос­сий­ской угро­зы» вла­сти обос­но­ва­ли мас­штаб­ную про­грам­му пере­во­ору­же­ния бун­дес­ве­ра, в кото­рой был очень заин­те­ре­со­ван немец­кий ВПК. Кро­ме того, «рос­сий­скую угро­зу» назы­ва­ют при­чи­ной всех соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских труд­но­стей в ФРГ, роста цен и паде­ния уров­ня жиз­ни граж­дан. Без обра­за «кон­сти­ту­и­ру­ю­ще­го дру­го­го» вся немец­кая поли­ти­ка утра­тит осмыс­лен­ное целе­по­ла­га­ние.

Раз­рыв усто­яв­ших­ся тор­го­во-эко­но­ми­че­ских свя­зей с Моск­вой доро­го обо­шел­ся немец­кой эко­но­ми­ке. Одна­ко пред­по­ла­га­ет­ся, что все издерж­ки будут с лих­вой покры­ты после пора­же­ния Рос­сии, когда новая соци­аль­но-поли­ти­че­ская и дипло­ма­ти­че­ская реаль­ность нач­нет бла­го­во­лить ФРГ, как это про­изо­шло после рас­па­да Совет­ско­го Сою­за. Гер­ма­ния вовле­че­на в укра­ин­ский кон­фликт гораз­до глуб­же, чем США, и име­ет мало шан­сов вый­ти из него без репу­та­ци­он­ных и финан­со­вых потерь. Даже сто­рон­ни­ки нор­ма­ли­за­ции рос­сий­ско-гер­ман­ских свя­зей вынуж­де­ны счи­тать­ся с общим кон­тек­стом совре­мен­ной немец­кой дипло­ма­тии, зани­мая выжи­да­тель­ную пози­цию в рас­че­те на уси­ле­ние пере­го­вор­ных пози­ций Бер­ли­на.

Во-вто­рых, дина­ми­ка рос­сий­ско-гер­ман­ских отно­ше­ний зави­сит от состо­я­ния дел в евро­ат­лан­ти­че­ском сооб­ще­стве. В Бер­лине с тре­во­гой сле­дят за голо­во­кру­жи­тель­ны­ми куль­би­та­ми адми­ни­стра­ции Дональ­да Трам­па. Пер­вая встре­ча аме­ри­кан­ско­го пре­зи­ден­та с канц­ле­ром Мер­цем обо­шлась без скан­да­ла, но и не сня­ла нако­пив­ши­е­ся про­бле­мы. Воз­ро­дить дух тан­де­ма Рей­ган – Коль не уда­лось. В усло­ви­ях неопре­де­лен­но­сти аме­ри­кан­ской внеш­ней поли­ти­ки немец­кое руко­вод­ство пред­по­чи­та­ет не «коле­бать­ся вме­сте с лини­ей пар­тии», а креп­ко дер­жать­ся основ атлан­тиз­ма, тем более что это нахо­дит под­держ­ку у зна­чи­тель­ной части аме­ри­кан­ско­го истеб­лиш­мен­та. Нор­ма­ли­за­ция отно­ше­ний с Моск­вой мог­ла бы стать про­ры­вом для немец­кой дипло­ма­тии, но есть риск, что этот ход не понра­вит­ся ни тра­ди­ци­он­ным парт­не­рам гер­ман­ско­го истеб­лиш­мен­та в Вашинг­тоне, ни Трам­пу, кото­рый решит, что нем­цы долж­ны были дождать­ся, пока он сам нала­дит отно­ше­ния с рус­ски­ми.

В‑третьих, идея нор­ма­ли­за­ции диа­ло­га с Моск­вой пока не набра­ла в ФРГ кри­ти­че­скую мас­су заин­те­ре­со­ван­ных лиц в поли­ти­ке, биз­не­се и сре­ди лиде­ров обще­ствен­но­го мне­ния. Настро­ен­ные на кон­струк­тив­ный лад силы раз­дроб­ле­ны, под­вер­га­ют­ся обструк­ции и мар­ги­на­ли­за­ции со сто­ро­ны СМИ, а то и ста­но­вят­ся жерт­ва­ми судеб­ных пре­сле­до­ва­ний. Поте­ри, поне­сен­ные немец­ким биз­не­сом из-за пре­кра­ще­ния поста­вок рос­сий­ских энер­го­но­си­те­лей, чув­стви­тель­ны, но не ката­стро­фич­ны. Боль­шие надеж­ды воз­ла­га­ют на немец­кую обо­рон­ную про­мыш­лен­ность, яко­бы спо­соб­ную вытя­нуть из кри­зи­са эко­но­ми­ку ФРГ. А здесь без анти­рос­сий­ской рито­ри­ки не обой­тись.

Чис­ло сто­рон­ни­ков нор­ма­ли­за­ции отно­ше­ний с Рос­си­ей вели­ко и даль­ше будет толь­ко рас­ти. Одна­ко систем­ные усло­вия немец­кой поли­ти­ки, напро­тив, цемен­ти­ру­ют их кон­фрон­та­ци­он­ный харак­тер. Их изме­не­ния будут озна­чать пере­ход Гер­ма­нии в каче­ствен­но новое состо­я­ние по ана­ло­гии с канц­лер­ством Бранд­та или при­со­еди­не­ни­ем ГДР. Пока же Бер­лин дела­ет став­ку на кон­фликт как дви­га­тель пере­мен в стране.

Артем Соко­лов, ПРОФИЛЬ