У современной гражданской войны, которой Америка охвачена без малого десять лет, есть вполне конкретное начало. Поворот не туда, после которого все пошло не так. Первая победа Дональда Трампа на выборах в 2016 году и операция ФБР по поиску «российского вмешательства» — как ответ вашингтонского болота, что теперь в шаге от самоутопления. А все потому, что даже у «глубинного государства» всегда есть те, кто слишком на виду
Фото: скрин видео TikTok, опубликованном на странице Трампа в Truth Social
В громком заявлении Дональда Трампа о том, что именно его предшественник, демократ Барак Обама, стоит за пресловутым «рашагейтом», а значит, должен быть судим за государственную измену, главное то, что эти слова наконец-то были произнесены на самом высоком уровне. Ясно ведь, что девять лет назад бывший директор ФБР Джеймс Коми, экс-директор Нацразведки Джеймс Клэппер, а также отставной глава ЦРУ Джон Бреннан старались не для себя. Во главе заговора против спутанного расклада, нарушенного победой Трампа над Хиллари Клинтон, стояли ее влиятельные однопартийцы — сам Обама и его правая рука Джо Байден.
На все про все у поднятых по тревоге Обамой в 2016‑м сказочников из ЦРУ и ФБР было меньше недели. Плюс пара суток на согласование с коллегами из разведсообщества. Конец декабря. На носу инаугурация Трампа. В Америке — рождественские праздники. Подгоняя доклад под заранее утвержденный результат, нарушали все, что только можно было нарушить.
В общем, если с охотой на ведьм, которую с энтузиазмом раскапывает нынешняя главная разведчица Тулси Габбард, предстоит познакомиться самим охотникам, травившим Трампа (она передает обнаруженные доказательства в Минюст и обещает новые, озвучивая все новые имена), то за руководство охотхозяйством берется лично глава Белого дома. Прямо там, на Пенсильвания-авеню, он называет предшественника главарем банды. Гангстером номер один.
Любые ответные упреки со стороны Обамы, конечно, ни о чем. Другое дело — реальные перспективы преследования демократа. С юридической точки зрения вновь абсолютно неизведанная территория. Примерно настолько же, насколько она была таковой, когда туда бросали Трампа.
Впрочем, куда важнее потенциальный моральный успех. Цена которого сейчас еще и выросла на фоне непрекращающегося скандала вокруг файлов Эпштейна, которые сам президент США называет не иначе как «охотой на ведьм 2.0». Перевернутая шахматная доска — лучший способ все обнулить. Польза при этом будет не только для второго трамповского президентства, которое, в отличие от первого, возможно, удастся спасти от токсичного отравления в войне элит, ведущейся на уничтожение. Эффект может быть мультипликативным.
Если бы тогда, в 2016‑м, не получилось с «рашагейтом», не поспел бы как на дрожжах любимый американским deep state проект «Украина». Ведь тем же самым либеральным медиа, набившим руку на тотальном вранье про «руку Москвы», потом было куда сподручнее убеждать рядовых американцев в необходимости безоговорочной поддержки незнакомого человека из Киева в костюме цвета хаки, которого вдруг объявили новым Черчиллем, а затем стали закидывать сотнями миллиардов долларов.
Не получилось бы с «рашагейтом» — не удалось бы замять скандал с ноутбуком Хантера Байдена, а его папу, терявшего адекватность, не удалось бы протащить в президенты. Осенью 2020-го все те же, что и в 2016‑м, американские спецслужбы, а вслед за ними и либеральная пресса назвали разоблачения, тянувшие на «октябрьский сюрприз», способный уничтожить кампанию Байдена-старшего, «российской дезинформацией».
Неудивительно, что после такой череды прозрений по поводу того, как на самом деле работает их государство и кем оно управляется, доля граждан США, испытывающих сильную гордость за страну, по данным Института Гэллапа, упала до рекордно низкого значения — 58%. В 2004 году этот показатель был на уровне 91%. Вернуть его на прежний уровень, если американские президенты еще и начнут сажать друг друга, вряд ли получится. А вот опустить еще ниже — очень даже легко. Хотя куда уж ниже?
Валентин Богданов, RT