Войны сопричастности: новый тип глобальных конфликтов

Современный мир оказался в уникальной точке. С одной стороны, мы живем в эпоху локальных войн, которые формально ограничены рамками одного региона. С другой стороны — любая из этих войн вбирает в себя интересы десятков, а то и сотен государств. Это уже не привычные для XX века «мировые войны» и не затяжное противостояние сверхдержав. Это новый тип военных конфликтов, которые можно назвать «войнами сопричастности»

Фото: flickr.com

Вой­на сопри­част­но­сти — это кон­фликт, где офи­ци­аль­но участ­ву­ют лишь несколь­ко сто­рон, но кос­вен­но — прак­ти­че­ски весь мир. Одни постав­ля­ют ору­жие, дру­гие — день­ги, тре­тьи ведут инфор­ма­ци­он­ные кам­па­нии или накла­ды­ва­ют санк­ции. Чет­вер­тые, не при­ни­мая пря­мо­го уча­стия, все же кор­рек­ти­ру­ют свою поли­ти­ку, исхо­дя из сво­е­го пред­став­ле­ния об исхо­де про­ти­во­сто­я­ния.

Иллюзии прошлого опыта

Ошиб­ка совре­мен­но­го вос­при­я­тия таких войн в том, что чело­ве­че­ство про­дол­жа­ет изме­рять их мер­ка­ми про­шло­го:

- Срав­не­ние с миро­вы­ми вой­на­ми XX века. Люди ждут гло­баль­но­го фрон­та на тыся­чи кило­мет­ров, тоталь­ной моби­ли­за­ции и раз­ру­ше­ния эко­но­мик. Но сего­дня это­го нет — гло­баль­ная вовле­чен­ность обес­пе­чи­ва­ет­ся инфор­ма­ци­он­ны­ми пото­ка­ми, эко­но­ми­кой и санк­ци­я­ми, а не око­па­ми от Атлан­ти­ки до Тихо­го оке­а­на.

- Опо­ра на холод­ную вой­ну. Тогда сверх­дер­жа­вы вели борь­бу за сфе­ры вли­я­ния кос­вен­но — через прок­си-кон­флик­ты. Но нынеш­ние «вой­ны сопри­част­но­сти» отли­ча­ют­ся тем, что все стра­ны вовле­че­ны гораз­до боль­ше, чем когда-либо, бла­го­да­ря гло­баль­ной эко­но­ми­ке, интер­не­ту и уско­рен­ной ком­му­ни­ка­ции.

- Таким обра­зом, про­шлые схе­мы оцен­ки ста­но­вят­ся ловуш­кой: мы ожи­да­ем либо тоталь­ной моби­ли­за­ции, либо затяж­но­го гео­по­ли­ти­че­ско­го рав­но­ве­сия, тогда как реаль­ность — это стре­ми­тель­ная и мно­го­слой­ная вовле­чен­ность мно­же­ства игроко.в

Россия и Украина: конфликт нового типа

Кон­фликт меж­ду Рос­си­ей и Укра­и­ной стал одним из ярчай­ших при­ме­ров «вой­ны сопри­част­но­сти».

Фор­маль­но это воен­ное про­ти­во­сто­я­ние двух госу­дарств. Фак­ти­че­ски же в нем участ­ву­ет почти весь Запад — через воору­же­ния, эко­но­ми­че­ское дав­ле­ние и инфор­ма­ци­он­ную под­держ­ку Кие­ва. Дру­гие стра­ны мира мяг­ко балан­си­ру­ют, исполь­зуя вой­ну как шанс улуч­шить свои пере­го­вор­ные пози­ции в отно­ше­ни­ях с США, КНР или Рос­си­ей.

В логи­ке «войн сопри­част­но­сти» побе­да не все­гда выра­жа­ет­ся в захва­те тер­ри­то­рий или уни­что­же­нии про­тив­ни­ка. Для Рос­сии побе­да над Укра­и­ной будет озна­чать:

- При­зна­ние ее как дер­жа­вы, спо­соб­ной отсто­ять свои инте­ре­сы вопре­ки колос­саль­но­му внеш­не­му дав­ле­нию.

- Пере­фор­ма­ти­ро­ва­ние меж­ду­на­род­ных отно­ше­ний: мно­гие стра­ны уви­дят, что зави­си­мость от США и ЕС не явля­ет­ся без­аль­тер­на­тив­ной. Это уско­рит про­цес­сы мно­го­по­ляр­но­сти.

- Сни­же­ние гло­баль­ной тур­бу­лент­но­сти в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве: мир, прой­дя через опыт «вой­ны сопри­част­но­сти», нач­нет выстра­и­вать новые меха­низ­мы балан­са инте­ре­сов, где у Рос­сии будет весо­мый голос.

ТГ-канал «Блок­нот про­па­ган­ди­ста»