Франция возмущена: под угрозой подрыва и разрушения иностранцами оказался один из главных символов страны – торговля модной одеждой. Захватчиков обвиняют в том, что они намерены «потопить французскую текстильную промышленность, принести в жертву наше здоровье и уничтожить окружающую среду». О чем идет речь и в чем реальная подоплека происходящего?
Фото: @ REUTERS/Temilade Adelaja
У Франции объявился могущественный враг, который вынуждает ее доверчивых граждан «жертвовать своим здоровьем» и «вредить экологии». Пора принять меры, решили депутаты Национального собрания. Они направили требование премьер-министру срочно ускорить борьбу с противником, которым является… китайский маркетплейс Shein, торгующий в основном недорогой одеждой.
Shein вместе с другими аналогичными платформами онлайн-торговли не первый раз становится объектом пристального недоброжелательного внимания со стороны Запада. Однако впервые дошло до почти истеричных требований как можно скорее принять закон, направленный на борьбу с продавцами дешевой одежды, ассортимент которой постоянно обновляется (так называемая fast fashion – быстрая мода). Этот закон уже проходил через нижнюю палату парламента, но застрял в Сенате, потому что под его действие подпадали и свои ретейлеры, а французские власти решили, что это лишнее, а страдать должны только конкуренты, то есть прежде всего – китайцы.
Одежда, о которой идет речь, обычно продается через интернет-сайты и высылается почтой, поэтому в первом раунде битвы Европа (а также США) удовлетворились тем, что ввели пошлины на мелкие посылки, которые приходят из-за границы. Расчет был, судя по всему, таков: мы введем пошлины, потребителям станет невыгодно покупать китайскую одежду. Они одумаются и вернутся к нашим проверенным продавцам. И ничего, что последние тоже в массе своей завозят товар китайского производства, только в итоге он выходит гораздо дороже.
Однако китайский продавец нанес ответный удар. Он купил несколько европейских марок, которые оказались в сложных обстоятельствах и заручился поддержкой бывшего депутата-макрониста Кристофа Кастанера. И – что кажется французам уже совершенно непростительным – договорился об открытии своих магазинов в крупнейших и знаменитых супермаркетах «Галери Лафайет», включая культовый BHV, который расположен аккурат напротив парижской мэрии.
Это оказалось последней каплей. Речь идет не только о том, что китайский маркетплейс со своей продукцией сомнительного качества вторгся, можно сказать, в оплот французского шика (или в то, что до сих пор казалось таковым).
Громадный успех Shein сам по себе представляется французам оскорблением, потому что они привыкли считать себя королями моды и стиля – и соответственно, получать от этого все финансовые преференции.
Никто не спорит, что лет 70 тому назад так оно и было на самом деле, но занять первое место и удержаться на нем – две принципиально разные вещи. Последние годы во Франции ознаменовались чередой банкротств марок готовой одежды. Это не просто отдельные неудачи, а настоящий полномасштабный кризис: 14 тыс. закрытых предприятий за 12 лет, в результате чего безработными стали 47 тыс. сотрудников. И на этом удручающем фоне успешная китайская платформа со своими сверхнизкими ценами захватывает самые престижные торговые площадки – действительно, как такое можно стерпеть?
Стон, который пронесся по Франции при известии, что китайский маркетплейс будет теперь торговать своими вещами в символе местной торговли и французской моды вообще, не поддается описанию. Le Figaro уверяет, что владельцы сети «Галери Лафайет» только из прессы узнали о размахе китайских планов, потому что передали франшизу на использование своих магазинов фирме SGM и даже успели продать тот самый культовый центр BHV.
Тем не менее представители «Галери Лафайет» заявили, что будут препятствовать планам китайского гиганта, потому что соглашение с ним будто бы нарушает условия франшизы. А некая Матильда Лакомб, производительница косметики, которая продавалась в том числе и в BHV, заявила, что убирает оттуда свой магазин.
«Я до глубины души шокирована тем, что такой большой парижский магазин со столь славной историей, как BHV, приютил Shein в своих стенах», – написала она. Причем самой уйти из культового универмага ей показалось мало, и она призвала владельцев других марок присоединиться к ней в знак протеста против китайской онлайн-платформы.
«Мы построили нашу марку вокруг сильных ценностей, таких как ответственность, прозрачность, уважение. Если Shein будет продаваться в BHV, для нас это несовместимо с нашими ценностями… Я понимаю, что универмаг переживает сложный период, как и многие торговые центры. Улицу Риволи закрыли для автотранспорта, и это снизило трафик покупателей… но нельзя же искать решение в том, чтобы открыть двери для быстрой моды в самом дешевом изводе!» – возмущается мадам Лакомб.
Со стороны происходящее, конечно, может показаться бурей в стакане воды – даже при том, что на кону в этом стакане находятся миллиарды евро, которые французские потребители готовы тратить на одежду. Но на самом деле вся эта история о гораздо большем, чем просто доля в местном рынке.
Чтобы опорочить фирму, которая всего лишь законно торгует одеждой, в ход пошел проверенный набор штампов и даже просто ругательства. Французская федерация женской одежды прет-а-порте заявила, что SGM, которая заключила контракт и позволила ненавистным китайцам открыть в ноябре свои магазины в крупнейших торговых центрах Парижа, а также Реймса, Дижона, Анже, Лиможа и Гренобля, «плюет на головы своих сотрудников, на клиентов и на всю французскую моду».
Как можно впустить продавцов дешевой одежды в центр, где продают «рубашки от Лакост по 115 евро, кожаные сумочки, дорогие духи», возмущается Le Parisien. И вообще Shein эксплуатирует труд уйгуров, использует скверного качества красители, вредит природе упаковкой миллионов своих посылок, которые к тому же перевозят самолеты, а это тоже страшный урон экологии.
Депутат Нацсобрания Франции Анн-Сесиль Виоллан и вовсе считает, что за происходящим стоит желание «потопить французскую текстильную промышленность, принести в жертву наше здоровье и уничтожить окружающую среду».
Но стоило Карлу-Стефану Коттандену, который возглавляет SGM, заикнуться, что товары будут доставляться не самолетами, а поездами, чтобы сберечь милую западным сердцам экологию, как СМИ всполошились еще больше. Поездом? Из Китая? То есть через Россию? Это ведь еще хуже. Тут Коттанден, кажется, понял: что бы он ни сказал, это все равно станет поводом для неудовольствия. Он ограничился замечанием, что «из России все равно приходит многое», и добавил, что последнее слово в любом случае останется за ретейлером.
Правду, разумеется, не скажет никто, а заключается она в том, что все разговоры об экологии, сильных ценностях или эксплуатируемых уйгурах призваны скрыть лишь одно: местный бизнес стал попросту неконкурентоспособен перед китайским.
И поскольку китайскому напору и дешевизне французы не могут ничего противопоставить, они начинают на ходу менять правила игры – разумеется, в свою пользу.
И конечно, в обоснование своих действий они непременно будут ссылаться на экологию: именно этот предлог всегда прокатывает без проблем. Шутка ли – каждый француз в среднем в год покупает 48 предметов одежды, которые затем выкидывает.
Тот факт, что любой гражданин каждый день выкидывает куда больше мусора иного происхождения, никогда не упоминается. «Сегодня гиганты сверхбыстрой моды завоевывают рынок без всякого контроля, – заметила сенатор Сильвия Валант Ле Ир. – Необходимо установить правила и соблюдать их строго и эффективно».
Главное правило, конечно, должно быть одно: чужие здесь не ходят, да и вообще чужим здесь не рады. И вот уже депутаты требуют заблокировать на уровне правительственных структур партнерство Shein и BHV и добиваются срочного принятия закона против «быстрой моды». При этом никто не задается вопросом, почему рядовые французы так «хорошо» живут, что вынуждены покупать самую дешевую одежду из Китая. Потому что затруднить китайским фирмам вход на рынок гораздо проще.
Валерия Вербинина, ВЗГЛЯД