Бельгийские войска собрались воевать, но нам волноваться рано: пока боевые действия будут протекать на улицах Брюсселя, в самом сердце европейского «рая». «Я не скажу «да», я не скажу «нет», — ответил министр обороны страны, когда его прямо спросили, введет ли он войска в столицу до конца года. Загадочность, достойная древнеримской сивиллы, конечно. Но что же случилось в Брюсселе?
Изображение: © РИА Новости / сгенерировано ИИ
Дело в том, что по итогам 2024 года бельгийская столица, приютившая штаб-квартиры НАТО и ЕС, возглавила печальный список самых опасных мегаполисов Европы. В нелегкой схватке за первое место Брюссель сумел победить даже Стокгольм и Марсель. Неофициальная столица ЕС побила рекорды по количеству перестрелок и незадачливых граждан, убитых и раненых в ходе уличных боев.
Неожиданно, не правда ли? Босх и Брейгель, шоколад и вишневое пиво, Тиль Уленшпигель и вафли с кремом, Писающий мальчик — вот что мы привыкли ждать от Брюсселя. А тут натуральное Чикаго.
И если расстрелы местной публике пока в новинку, а у горожан еще не выработался рефлекс, имеющийся у американцев (бросаться на землю при звуке выстрелов), то к нападениям с холодным оружием здесь привыкли уже давно.
«Почти невозможно: как Брюсселю остановить нападения с ножами?» — восклицает местная газета The Brussels Times. Действительно, вопрос на миллион. В этом году недели не проходило, чтобы пресса не писала о раненых и убитых в ходе ножевых атак. Людей резали на демонстрации в поддержку Палестины, на прогулке в парке, у фонтана, у салона красоты, поодиночке и массово, средь бела дня и в сумерках. Выживали немногие. Жизнь в Брюсселе, как говорится, бьет ключом по голове.
Умилительно, как подаются в местной прессе резня и расстрелы. В перестрелках винят некие загадочные криминальные банды, торгующие наркотиками. А в ножевых атаках (эта мода пришла в Европу из Англии) — некую страдающую молодежь из «рабочих предместий».
Ни стыда ни совести, конечно. И полицейские, и судейские, и журналисты, и политики вьются ужом, лишь бы не называть вещи своими именами. А суть дела в том, что местных жителей и туристов кошмарят выходцы из гигантских этнических гетто, обступивших центр Брюсселя, словно бушующий океан.
Еще десять лет назад поражал этот контраст: вот ты фотографируешься у Брюссельской ратуши — брабантская готика, все дела, красота. Отходишь буквально на триста метров к Бирже, а по другую сторону улицы уже начинается «1001 ночь» — закутанные в черное женщины, кафе исключительно с мужчинами, лавчонки и магазинчики для местных. Другая цивилизация, другая жизнь — словно ты из XXI века вдруг провалился в Средневековье.
Ну а про такие районы, как Моленбек и Андерлехт, и говорить нечего. Это кишащее преступниками и террористами этническое гетто, куда не ступала нога местного полицейского.
Всячески избегая неполиткорректных слов «мигранты», «нелегалы», «африканцы», «арабы», местная общественность робко предлагает хоть немного повысить зарплату полицейским. Но нет, у столицы ЕС другие приоритеты: все деньги должны идти в Киев, а брюссельцы как-нибудь обойдутся.
Впрочем, полиция демотивирована и запугана настолько, что никакие повышения зарплат дело не спасут. Любой силовик прекрасно понимает, что после жесткого задержания смуглого бандита его запрессуют свои же коллеги.
Отдельная проблема — у каждого района Брюссельской агломерации своя полиция и свое управление, и эти структуры уже давно и прочно срослись с этническим криминалом из гетто. Более того, выходцы из других стран активно идут в политику, в администрацию, в полицию страны по принципу «мы здесь власть».
И вот начинается открытый разговор о том, что улицы Брюсселя должна патрулировать армия. Что ж, посмотрим, как там с армией. Открытые источники докладывают, что численность личного состава Сухопутных войск Бельгии составляет 23 тысячи человек с копейками.
Эти патрули должны как-то успокаивать неместное население Брюссельской агломерации, которое, по самым заниженным подсчетам (а как, собственно, считать нелегалов?), составляет больше четверти миллиона.
Кстати, еще фан-факт в копилочку: 88 процентов брюссельской молодежи не являются коренными бельгийцами. Ну это так, информация к размышлению.
Чудовищная деградация европейских городов, которая произошла на глазах моего поколения, выглядит не случайным провалом миграционной политики, а целенаправленным планом по замещению населения.
Кому нужны банды приезжего молодняка, который искренне ненавидит приютившую землю? Ну, например, они могут стать мобрезервом на случай большой войны с Россией. Неслучайно же Европа так рвется в бой. Ей же надо куда-то сплавить понаехавших ребят, которые громят ее мегаполисы. Почему бы и не на восточный фронт?
Выгодополучателем этого плана становятся глобалистские элиты, неслучайно именно Сороса считают главным спонсором «великого переселения народов» в Европу. В планах у глобалистов война с Россией, но европейцы слишком обленились и разжирели, а тут миллионы молодых людей, не пригодных ни к чему, кроме войны.
Однако тут встает второй сложный вопрос: а не опасно ли выдавать огнестрельное оружие людям, отнюдь не собирающимся умирать за «священные камни Европы»? Не повернут ли они его против своих командиров?
Хотелось бы, конечно, чтобы миграционные страдания Европы стали хорошим уроком для всех остальных стран. Уж очень показательные процессы там происходят. Добрым молодцам урок, как говорится.
Виктория Никифорова, РИА Новости