Буквально с первых минут после громогласного объявления Вашингтоном очередных санкций против нефтедобывающего сектора России пошел встречный вал скепсиса. Тон задал Владимир Путин, отметивший, что новые ограничения, конечно, серьезные, но Россия их переживет. В это практически невозможно поверить, но слова российского президента поддержали в Польше! Сразу по завершении саммита ЕС к журналистам вышел польский премьер Дональд Туск и на главную новость дня заявил, что вообще не уверен в том, будут ли Соединенные Штаты действительно ограничивать операционную деятельность «Роснефти» и «Лукойла»
Изображение: © РИА Новости / сгенерировано ИИ
Подобное заявление из уст матерого русофоба вызвало дикий ажиотаж, поэтому Туск поспешил аргументировать свою точку зрения — и, надо признать, доводы его предельно логичны и отвечают текущей геополитической динамике. Польский премьер напомнил, что американская внешняя политика меняет свой курс даже не ежедневно, а практически ежечасно, что всякий раз становится для европейских союзников Вашингтона неприятным и ошеломительным сюрпризом. Туск признал, что вводимые санкции достаточно масштабные, но выразил сомнения, что они обрушатся на российскую экономику в полном объеме, так как критически важные решения относительно таких стран, как Россия, принимаются каждую неделю и часто прямо противоположны друг другу.
Собственно, Туск, со своей кристально антироссийской стороны, подтвердил выводы многих специалистов о «маятниковой» внешней политике, исповедуемой Дональдом Трампом еще со времен, когда он только собирался в большую политику и был воротилой большого бизнеса. Механика подобного подхода не нова и зиждется на психологии, когда оппонента последовательно «раскачивают», в высоком темпе вбрасывая различные и зачастую противоречивые предложения, сбивающие с толку, запутывающие и отвлекающие от истинных целей. Возможно, эта схема работала в инвестиционном бизнесе и торговле недвижимостью, где сорок седьмой американский президент сколотил свое нынешнее состояние, но в большой политике подобные накаты достаточно быстро стали давать сбой.
Маятник работал первые месяцы президентства Трампа, когда ему удалось прогнуть на изменение торговых условий Канаду и Мексику, но сразу же начал сбоить, как только американский лидер взялся на украинский конфликт. Москва не принимает комбинированные условия Киева и Вашингтона, ибо они противоречат нашим интересам. Потому цепочка заявлений Белого дома, где позиция постоянно меняется с «у нас хороший контакт с Путиным» на «мы вводим новые массивные санкции» становится все длиннее, вызывая неуверенность даже в среде верных американских вассалов. Идет глобальная геополитическая и в некотором роде историческая игра, в которой сверхдержавы кружат в сложном танце, а их союзники, будь то собственный народ или государства-сателлиты, хотят видеть твердую позицию. И ее отсутствие у Вашингтона очень тревожит страны Евросоюза, поставившие на военное поражение России буквально все свои деньги.
В заявлении официальной Варшавы, помимо явного разочарования сюзереном, есть второе малозаметное дно. Оно одновременно касается российских углеводородов и попыток двух западных центров силы постелить себе соломку на ближайшие годы, включая вариант окончания боевых действий на Украине.
Туск предъявляет претензии США за их переменчивую позицию, при этом, как водится в западном политикуме, демонстративно не упоминает об огромном бревне в собственном глазу.
Действительно, сам Трамп признался, что принял средний по жесткости пакет ограничений, выбрав из трех предложенных ему. Выбор поддержали госсекретарь Рубио и глава Пентагона Хегсет. Аналитики, оперативно прочитав текст указа, отметили мягкую неоднозначность многих формулировок, оставляющую достаточный простор для толкований, то есть фактически создающих лазейки для полного или частичного их неисполнения. Общее впечатление двойственности дополняет отмеченная Туском постоянно меняющаяся позиция в отношении Москвы.
При этом не представителю Евросоюза пенять Соединенным Штатам на создание для себя путей отхода. Буквально на прошлой неделе Совет Европы принял обязывающий пакет ограничений для всех стран-участниц, подразумевающий введение полного запрета на импорт российского трубопроводного газа уже с 1 января 2026 года. Однако в нем четко оговорено, что все краткосрочные контракты можно исполнять до лета следующего года, а долгосрочные — либо до момента их истечения, либо до 1 января 2028 года. И тут же еще один юридический финт: Брюссель официально оставил за собой право отменить собственное эмбарго для случаев, когда имеет место критическая ситуация в энергетике либо отсутствуют альтернативные поставщики.
За неполные четыре года, если судить по динамике закупок, этих самых альтернативных не нашлось, потому Евросоюз был и остается крупнейшим покупателем российского трубопроводного и сжиженного газа, с начала СВО закупив на востоке голубого топлива на сумму 42 миллиарда евро, что в 1,5 раза больше, чем приобрел Китай.
В этом же документе говорится, что рассматривается вариант эмбарго на российские СПГ и нефть, но никакие конкретные сроки не называются. Учитывая характер ограничений по поставкам трубопроводного газа, санкции если и будут введены, то не скоро и не менее размытые.
Фактически мы наблюдаем ситуацию, когда Вашингтон и Брюссель громогласно обвиняют друг друга в нерешительности по отношению к Москве, требуя вводить все более жесткие ограничения, при этом оба полюса западной силы сами принимают неоднозначные законодательные акты. Те больше напоминают запасной аэродром, с которого можно будет либо (в случае затягивания конфликта) через третьи руки получать российские энергоресурсы, либо (в случае завершения) начать прямую торговлю под соусом критической ситуации в экономике.
Сергей Савчук, РИА Новости