Анкара уверила, что не намерена под давлением США и НАТО прекращать закупки российского газа. Чем шире конфликт России с Западом, тем больше возможностей открывается для Турции для дополнительного заработка. На чем Анкара зарабатывает уже сейчас миллиарды долларов, и какие двери для новых заработков откроются в 2027 году?
Турция хорошо заработает на русофобии Европы@ Дмитрий Феоктистов/ТАСС
Анкара не собирается прекращать закупки газа у России, «никаких поводов для беспокойства нет». Об это заявил министр энергетики и природных ресурсов Турции Альпарслан Байрактар в ответ на заявление постпреда США при НАТО Мэттью Уитакер, что Соединенные Штаты ждут отказа от российских энергоресурсов, не только от Венгрии и Словакии, но и от Турции.
Турция заявила, что Россия всегда была и остается надежным поставщиком газа. Российские поставки удовлетворяют порядка 40–50% потребностей Турции, отметил Байрактар.
Чем больше Россия и Запада отдаляются друг от друга, тем больше возможностей для дополнительного заработка открывается для Турции. И она, как торговая страна, от таких возможностей отказываться явно не собирается. И правильно делает. Уже сейчас Турция может зарабатывать десятки миллиардов долларов, в том числе на перепродаже российских нефтепродуктов. И дальше возможности Турции могут только расширяться, в том числе и в газовой сфере.
Для начала обозначим, какие выгоды получает Турция уже сегодня за счет углеводородного сотрудничества с Москвой. «Россия всегда была одним из крупнейших поставщиков газа в Турцию еще задолго до 2022 года, и делила первые места с Германией и Италией. Сейчас в западном направлении Турция – крупнейший покупатель нашего газа, и второй по объемам после Китая в целом по всем направлениям», – говорит Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ).
По его словам, российское предложение для Турции всегда было выгодным. Потому что Турция в отличие от ЕК не применяла правила Третьего энергопакета, не ущемляла Газпром, не требовала привязать цены на газ в контракте к стоимости газа на спотовом рынке, и у них, вероятно, даже сохранились контракты с привязкой к стоимости нефти.
«В моменты напряженности, когда между нашими странами возникали конфликты, газ все равно шел, оставался за скобками. Россия никогда не отказывалась поставлять его Турции, а Анкара никогда не отказывалась его покупать. Потому что Турция прекрасно понимала, что более выгодное предложение она не найдет», – говорит Юшков.
Хотя периодически были корпоративные конфликты, когда частные турецкие компании накапливали задолженность перед Газпромом, и отказывались платить по счетам, или нарушали условие контракта «бери или плати» – не отбирали те объемы газа, которые были обязаны купить.
Ситуация на газовом рынке у Турции в целом довольно неплохая. «У Турции диверсифицированные источники поставок газа. Есть трубопроводные поставки из России, Азербайджана и Ирана, а также СПГ. Кроме того, Турция заявляет, что обнаружила месторождения на шельфе Черного моря, которые позволит им в будущем нарастить собственную добычу на 20 млрд кубометров в год. Но это покажет время», – говорит Игорь Юшков.
В любом случае Турция уже сейчас может лавировать между всеми этими контрактами и брать больше газа там, где это наиболее выгодно в данный момент. И, как правило, российское предложение оказывается наиболее выгодным. «Только когда ситуация на рынке сильно меняется, как, например, во время ковида, когда цены на нефть и газ резко пошли вниз, то Анкара минимизировала закупки российского газа в пользу СПГ, потому что в контракте с Газпромом, видимо, есть определенный лаг изменения цены. Но обычно именно наш газ наиболее выгоден. Наше преимущество также в том, что Газпром может поставлять больше, чем конкуренты. У Азербайджана, например, долгосрочный контракт на 8 млрд кубов, а у России – более чем на 20 млрд кубов в год», – говорит Игорь Юшков.
«Сейчас поставки в Турцию осуществляются через «Голубой поток», который был введен в эксплуатацию еще в начале века, и через «Турецкий поток», запущенный в 2020 году. Сейчас Турция и РФ обсуждают продление контракта на поставку газа и мы не исключаем, что турецкая сторона будет пытаться добиться дополнительных скидок», – говорит Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам».
Что касается нефти, то Турция сейчас получает огромные дополнительные доходы благодаря закупке российской сырой нефти и российских нефтепродуктов, от которых страны ЕС добровольно отказались.
По данным Кауфмана, в последние месяцы дисконт на российский сорт Urals составлял порядка 12–13 долларов за баррель, но после введения санкций против «Роснефти» и «Лукойла» дисконт повысился в отдельных случаях аж до 20 долларов за баррель. Скидки на российские нефтепродукты в целом сопоставимы.
«Турция, как правило, является третьим по объему покупателем российской сырой нефти, которая перевозится морским транспортом. После 2022 года она стала еще и крупнейшим покупателем российских нефтепродуктов и не потеряла этот статус до сих пор. Анкара в основном покупает дизель, меньше – мазута. Насколько турки увеличили закупки дизеля у России, ровно настолько они нарастили поставки дизеля в Европу. Речь о поставках более 10 млн тонн в год. Это очень выгодная история. Турция говорит, что российский дизель они потребляют на внутреннем рынке, а высвободившиеся объемы собственного дизеля, который они у себя вырабатывают, перепродают европейцам. Но все понимают, конечно, что это реэкспорт, но европейцы в целом не возражали до недавнего времени», – говорит Юшков.
Однако европейцы хотят с января 2026 года запретить импорт нефтепродуктов, сделанных в других странах из российской нефти. А Турция покупает российскую нефть и перерабатывает ее, поэтому могут возникнуть вопросы к турецким нефтепродуктам с этой стороны. Однако доказать, из какой нефти сделан дизель, на практике довольно сложно. Турция может так же сказать, что те нефтепродукты, которые созданы из российской нефти, потребляются внутри страны, а в Европу идет дизель из любой другой нефти, говорит эксперт ФНЭБ. Турция обычно прекрасно отстаивает свои интересы в плане дополнительных торговых заработков.
«Турция одна из наиболее выигравших игроков в целом от конфликта России с Западом и в политическом, и в экономическом плане. Потому что через Турцию идут вообще многие товары из России на мировой рынок, и многие товары заходят в Россию через Турцию. Страна очень хорошо на этом зарабатывает. Турция своего не упустит, и санкции ее, как правило не смущают», – говорит Юшков.
Поэтому, по его мнению, США либо будут не замечать всего то, что Турция покупает у России перепродает, либо будет выдавать для Турции исключения из каких-то новых санкций. Если США не начнут вводить жестких вторичных санкций, то Турция продолжит импортировать российские энергоносители, согласен Кауфман.
Учитывая, что ЕС собирается к 2027 году отказаться от российского СПГ, а потом, вероятно, и от трубопроводного газа, то у Турции открывается возможность и здесь дополнительно заработать – уже на реэкспорте российского газа. Китай уже начал покупать российский подсанкционный СПГ с завода «Арктик СПГ‑2».
«Турция может с 2027 года начать покупать российский СПГ, который ЕС запретил, и под видом своего газа или какого-то другого перепродавать его европейцам по газопроводам. Если европейцы дальше будут отказываться и от трубопроводного газа, то Турция вполне может увеличить закупки российского трубопроводного газа и продавать его в Европу под видом своего газа», – говорит Юшков.
Кроме того, Турция может попытаться зарабатывать на транзите, чтобы турецкие приемные СПГ-терминалы стали входные воротами для ряда стран. «Например, Болгария отказалась от покупки российского газа по рублевым схемам еще в 2022 году, но она получает тот же объема газа через турецких трейдеров. Газпром продает турецким трейдерам, а они – Болгарии. Получается, София отказалась от прямого контракта с Газпромом, но не от самого российского газа», – говорит Игорь Юшков.
Более того, Турция может стать входными воротами для СПГ для Украины, которая хочет покупать его у США. Анкара будет зарабатывать на регазификации и на дальнейшем транзите этого газа по Трансбалканскому газопроводу до Украины, заключает эксперт.
Ольга Самофалова, ВЗГЛЯД