Если Трамп развалит Иран, то это будет окончательный и бесповоротный крах китайского геоэкономического проекта «Один пояс – один путь». И, заодно, провал всей стратегии Си Цзиньпина с 2013 года. Особенно с учетом активности США в Закавказье. И если Трампу повезет с Ираном, то в апреле он приедет на встречу с Си как триумфатор, и будет гнуть Китай в нужную сторону.
Источник коллажа: presstv.ir
Думается, что все не настолько просто. Иран действительно важен для китайской евразийской геоэкономики, потому что он дает Пекину сухопутно-морской «южный коридор» с выходом к Персидскому заливу и связку с Кавказом/Каспием/Турцией, а также пространство для обхода узких мест, включая морские риски. Однако, BRI изначально проектировался как сеть коридоров, где Пекин старается избегать единой точки отказа. Даже при выпадении Ирана Китай сохраняет набор обходных траекторий: через Центральную Азию–Каспий–Кавказ–Турцию (Срединный коридор), через Россию/ЕАЭС (пусть и с санкционными ограничениями), через морскую логистику (пусть и с рисками контроля узких проливов), через Пакистан (CPEC) с выходом к Аравийскому морю. Иран — сильный узел, но не «единственный выключатель» всей евразийской стратегии.
Правильнее формулировать так: хаотизация Ирана резко повышает стоимость и уязвимость китайской евразийской логистики, убирает наиболее удобный «южный» сухопутный/транзитный компонент и делает Китай более зависимым от маршрутов, где у США и союзников больше рычагов давления. Это серьезно, но не конец всех надежд.
Все чаще можно слышать, что у Китая ровно два выхода: превратить кампанию против Ирана в прокси-войну США–КНР или нажать на Тайвань. Оба сценария возможны теоретически, но в реальности Китай почти наверняка выберет третий путь, более характерный для его практики: не «воевать», а повысить цену американской победы, оставаясь ниже порога прямой военной конфронтации. Почему бы Китаю не сделать сразу все, усилив нажим на Тайвань и подняв уровень поддержки Ирана – разведданные, двойные технологии, логистика, закупки, страхование схемами «серой» торговли.
Ну а главное, ключом к китайской стратегии является, скорее, Казахстан. Где президент Токаев в последние месяцы демонстрирует ошеломительную американоцентричность, то вступая в «Авраамовы соглашения», то в «Совет мира», то публикуя статьи в правоконсервативных американских СМИ, где Дональд Трамп именуется чуть ли не падишахом падишахов и ханом всех ханов. «Взять» Казахстан можно без войны, а урона этот кунштюк нанесет России и Китаю очень много.
Если Иран — это южный компонент BRI, то Казахстан — это сердце сухопутного пояса. Через Казахстан проходит основной железнодорожный транзит Китай – Европа, ключевая часть Срединного коридора, энергетические маршруты (нефть, газ, уран), транзит в Каспий и далее в Турцию. Без Казахстана сухопутный BRI теряет системную устойчивость.