Находясь рядом с Дональдом Трампом на борту президентского самолета, летевшего в Майами, Стив Уиткофф, играющий роль переговорщика как с Ираном, так и с Россией, сообщил в ответ на вопросы журналистов, что он лично призвал российскую сторону не делиться с Ираном разведывательными данными об американо-израильской военной операции. «Я это решительно заявил», — сказал Уиткофф
Фото: Kevin Lamarque / Reuters
Интересное заявление. Как отметил Дмитрий Песков, Москва не получала от Тегерана запросов на оказание военной помощи. По словам Пескова, «та война, которая идет, это не наша война, и мы с самого начала декларировали свою позицию о том, что любая война способна привести к дестабилизации региона». И российские официальные лица объясняли, что договор с Ираном не включает обязательства оказывать военную помощь и прямо или косвенно принимать участие в боевых действиях.
С моей точки зрения, вопрос о любой помощи Ирану, которая могла бы восприниматься государствами Персидского залива как способствующая нанесению ударов по их территории, мягко говоря, — не простой. Но вот что для меня является простым: запрос Уиткоффа — абсолютно неприемлемый. Соединенные Штаты уже несколько лет как оказывают военную помощь Украине, делясь с ней, в числе прочего, и разведывательной информацией. Как отмечает сегодня в The New York Times Антон Трояновский, «украинцы использовали все более совершенное западное вооружение для смертоносных ударов далеко за линией фронта, используя координаты, предоставленные Соединенными Штатами» («The Ukrainians used ever-more-sophisticated Western weaponry for deadly strikes well behind the front lines, using coordinates provided by the United States»). То есть США непосредственно помогают проливать кровь граждан России.
В этих условиях роль США как объективного модератора является… проблематичной. Но поскольку достижение мира, как совершенно правильно говорил Владимир Путин, в интересах России, то можно пойти на подобные «неполные совпадения» поведения Соединенных Штатов с ролью честного посредника.
Как ранее заявлял Сергей Лавров, те в Москве, кто непосредственно знакомы с тем, как ведут себя с Россией американские переговорщики во главе с Уиткоффом, не ставят под сомнение их профессионализм: «когда они вступают с нами в прямой разговор, они абсолютно нормально этот диалог ведут». Но Лавров недавно также вполне справедливо отметил, что «те наши политологи, аналитики, политические деятели, члены парламента, которые не участвуют в этом по определению закрытом процессе, начинают проводить параллели и задавать вопросы, а чем это может закончиться». И, более широко, озадачены тем, как ведет себя администрация Трампа в отношении России и на мировой арене.
У таких наблюдателей нет, конечно, полной информации о работе дипломатов. Но у них есть достаточно сведений о характере американской внешней политики. И ведь именно в контексте этой политики происходит работа дипломатов.
Я всегда очень осторожно отношусь к тому, чтобы давать советы Верховному главнокомандующему, у которого, по определению, и уникальная ответственность, и уникальная информированность. Но это не означает, что единственные, кто обладает компетентным мнением, — это дипломаты и чиновники, непосредственно вовлеченные в переговоры. При всем уважении к их незаменимой работе, как говорится, иногда «лицом к лицу лица не разглядеть». И растущее ощущение в российском неофициальном экспертном сообществе, что администрация Трампа не ведет себя как надежный и достойный партнер, стоит воспринимать всерьез.