С учетом устойчивости Ирана США и Израилю приходится менять свой подход к войне. 22 марта Трамп поднял ставки, заявив, что если Тегеран в течение 48 часов не откроет Ормузский пролив, то США уничтожат иранские «электростанции, начиная с самой большой».
Источник фото: Sepahnews/Keystone Press Agency/Global Look Press
Ультиматум хозяина Белого дома знаменует анонс перехода агрессоров к системному уничтожению гражданской инфраструктуры Ирана. Тактические успехи в поражении военных целей не дали США и Израилю значимый стратегический результат. Теперь нужно ждать попытку сломить сопротивление иранцев через масштабный социальный и экономический кризис.
В интервью израильскому телеканалу «Channel 13» Трамп уточнил: «Вы скоро узнаете, что произойдет с ультиматумом по электростанциям, — результат будет очень хорошим. Иран будет полностью уничтожен, и это будет отлично…» Не исключено, что он имеет в виду и применение ядерного оружия. Похоже, администрацию США уже мало волнуют издержки, которые понесут американские компании, союзники и партнеры на Ближнем Востоке, да и по всему миру.
Что касается Израиля, он исповедует «доктрину Дахия», предполагающую применение непропорциональной силы и разрушение гражданской инфраструктуры противника, и рад такому подходу США. Ослабление монархий Залива будет ему только на руку. Особенно с учетом планов построения «Великого Израиля от Евфрата до Нила», которые в интервью Такеру Карлсону 20 марта подтвердил американский посол в Израиле Майк Хакаби.
КСИР в ответ на ультиматум Трампа уже пообещал полностью перекрыть Ормузский пролив и не открывать до восстановления разрушенных электростанций. А также уничтожить все электростанции, энергетическую и информационно-коммуникационную инфраструктуру Израиля, все аналогичные компании в регионе с американскими акционерами и электростанции стран региона, где размещены базы США. При этом председатель парламента Ирана Мохаммад-Багер Галибаф определил список целей — в виде жизненно важных объектов, энергетических и нефтяных мощностей по всему Ближнему Востоку, а также финансовых центров, которые владеют облигациями США.
Стоит отметить, что США и Израиль продолжают наносить удары и по ядерной инфраструктуре Ирана. Ответные действия Тегерана — в виде удара по израильскому исследовательскому центру в Димоне 21 марта — похоже, не оказали сдерживающего эффекта. При этом доподлинно известно, что иранский ядерный объект в Исфахане находится глубоко под землей и не может быть дистанционно уничтожен конвенциональным оружием.
Если Иран не сломается, то, скорее всего, после ударов по электростанциям последуют атаки агрессоров и на его нефтегазовые объекты. При этом 80–85% добычи нефти и ее экспортной инфраструктуры ИРИ расположены в западной провинции Хузестан, а 90% отгрузки нефти идет через остров Харк. Крупнейшее газовое месторождение «Южный Парс» находится в Персидском заливе, а остальные нефтегазовые объекты — на его побережье или на незначительном удалении от него. То есть крайне уязвимы, тогда как иранская система ПВО/ПРО слаба.
Впрочем, реализация США и Израилем сценария тотальной инфраструктурной войны против Ирана вовсе не гарантирует им победы. В самом худшем для Тегерана случае ситуация пойдет по афганскому варианту. Это означает, что без крупномасштабной сухопутной операции агрессоров подавить многочисленные очаги сопротивления на территории гористого Ирана будет невозможно. А потенциалом для таких действий на земле ни США, ни Израиль не располагают.
Опять же, по акту о военных полномочиях президенту США позволено вести боевые действия за пределами страны без одобрения Конгресса только два месяца. С учетом ограниченного времени агрессоры, скорее всего, выбрали сценарий нанесения Ирану максимального ущерба в рамках «дистанционной войны», чтобы сломать его сопротивление. Либо, в случае неудачи, — максимально ослабить на долгие годы. Что, конечно, не исключает отдельных наземных операций с ограниченными целями — как силами США и Израиля, так и с привлечением различных прокси. При этом сохраняется вероятность применения агрессорами и ядерного оружия.