Народная мудрость гласит, что рвется всегда там, где тонко. В перманентно нарастающем кризисе Персидского залива весь мир гадал, где же будет следующее «тонко», и сегодня это уже более не тайна. Объединенные Арабские Эмираты официально объявили о выходе из картеля ОПЕК — и это без преувеличения маркер крушения тщательно выстроенного и устоявшегося на протяжении многих десятилетий энергетического мироустройства
Изображение: © РИА Новости / сгенерировано ИИ
Здесь нет ни малейшего преувеличения. Заявление министра энергетики ОЭА Сухейля аль-Мазруи сопоставимо с тем, как если бы в Вашингтоне на трибуну вышел Пит Хегсет и огорошил всех, сообщив, что Соединенные Штаты в одностороннем порядке выходят из НАТО. Эффект был бы точно такой же, ведь Эмираты хоть и не входят в число стран — основателей нефтяного картеля, но на протяжении полувека играли в нем одну из ведущих ролей и благодаря своему ресурсному, а значит и геополитическому весу напрямую влияли на мировые энергетические рынки, формируя тренды и щедро наполняя собственную казну.
Конспективно напомним, что первоначальный картель ОПЕК был создан в 1960 году крупнейшими на тот момент нефтедобывающими странами, в число которых входили Ирак, Иран, Кувейт, Саудовская Аравия и Венесуэла. Позднее состав участников увеличился до 11 членов, а конкретно Объединенные Арабские Эмираты присоединились в 1967‑м. Изначальной целью создания картеля, как определено в протоколах конференции в Багдаде, являлась координация нефтяной политики, стабилизация цен на мировом рынке, а также обеспечение надежной и стабильной прибыли странам-участницам. От себя добавим, что за красивой ширмой формулировок, как обычно, скрывается стремление не столько стабилизировать рынки и цены, сколько управлять ими.
Впрочем, на тот момент для нефтедобывающих государств это был вопрос жизни и смерти, так как ОПЕК создавалась в качестве коллективного противовеса диктату так называемого картеля «Семь сестер». За этим невинным названием скрывался негласный корпоративный союз, в который входили крупнейшие частные игроки: Exxon, Royal Dutch Shell, Texaco, Chevron, Mobil, Gulf Oil и British Petroleum. За исключением Shell и BP, это сплошь американские, а позднее транснациональные компании, которые на тот момент фактически поделили мировой рынок нефти между собой и вместе топили любого, кто пытался вклиниться в ультраприбыльный бизнес, позволявший Вашингтону насаждать свою волю не только винтовкой, но и трубой.
ОПЕК выбила рычаги управления рынками из частных рук, передав эту функцию уже на уровень государств. Выстрелом в голову «сестричкам» стала встречная игра ОПЕК, которая выровняла мировые цены на черное золото, лишив американских частников монополии. В дальнейшем члены картеля коллективно защищали собственные интересы, стараясь не допускать резких перекосов и заметного падения доходов. К сильным всегда стараются присоединиться, потому объединение постоянно росло, а в 2016 году и вовсе был сформирован параллельный картель ОПЕК+. В него вошли 11 стран, включая Россию. Укрупнение во многом было вынужденным из-за переизбытка предложения на рынке, когда отдельные участники не смогли договориться, а потому решили в дальнейшем решать проблемы за общим столом.
Естественно, деятельность такого разнопланового наднационального объединения априори не могла быть бесконфликтной, потому выход из обеих ОПЕК не является исторической сенсацией. Ранее из состава уже выходили Катар, Индонезия, Ангола, Габон и Эквадор. Кто-то вышел и позднее вернулся, кто-то ушел окончательно.
В мае 2026 года пришел черед Объединенных Арабских Эмиратов.
Крайне интересна мотивировочная часть, озвученная министром энергетики. Во-первых, решение было принято в закрытом формате — без консультаций с соседями и партнерами, что и спровоцировало сенсацию. Во-вторых, Эмираты собрались на выход после «тщательного анализа текущей и будущей политики в отношении уровня добычи». Бриллиант смысла спрятан в слове «будущей», именно он и стал катализатором фактического разрушения монолита ОПЕК, на протяжении 60 лет парившего над государственными границами и старавшегося не допускать резкого усиления как кого-либо из своих членов, так и независимых игроков.
К числу последних относятся Соединенные Штаты, демонстративно и осознанно не вступавшие в ОПЕК.
Агентство Reuters прямо пишет, что главным бенефициаром выхода ОАЭ будет Дональд Трамп как представитель всей американской нефте- и газодобывающей отрасли. У американских лидеров — проводников внешней политики США — с картелем отношения давние и не сказать что очень теплые. В отдельные периоды ОПЕК шла навстречу политическим пожеланиям Вашингтона, как, например, это было на стыке 80–90‑х в прошлом веке. Тогда благодаря выбросу на рынки огромного объема нефти произошло критическое падение цен, что нанесло сильный удар по экономике СССР. В некоторых источниках утверждается, что это была чуть ли не главная причина крушения Страны Советов, но это преувеличение. Резкое сокращение валютных поступлений от экспорта нефти не убило советскую экономику, но привнесло свою весомую лепту в процесс. А вот в последнее десятилетие ОПЕК все больше проявляла независимость, что совершенно не устраивало США. Недовольство это резко выросло в первый президентский срок Трампа и вышло на пик в прошлом году.
Причин тому было несколько. Картель отказывался участвовать в торговой войне Штатов против Китая, мягко увеличивая количество торговых операций, проводимых в юанях. Джо Байдена, управлявшего страной в промежутке, страны картеля встречали подчеркнуто холодно, не выполнив ни единой просьбы по регулировке рынков в интересах США. С возвращением Трампа изменилась только внешняя часть, когда его с невероятной помпой встречали в странах Персидского залива, при этом картель продолжал проводить автономную политику, игнорируя требования Вашингтона нарастить добычу и понизить цены, что позволило бы провести корректировку внутриамериканских цен на топливо в преддверии сложных для республиканцев выборов.
А потом началась военная операция против Ирана, которая закупорила бутылочное горлышко Ормузского пролива, ввергнув крупнейшие страны Залива в инфраструктурные разрушения, убытки по контрактным обязательствам и потерю рыночных ниш. Судя по бешеной активности американской транспортной авиации, в регион ведется переброска крупных сухопутных сил, и конфликт если и не перейдет в горячую наземную фазу, то точно затянется на неопределенный срок в состоянии ни войны ни мира. Страны Залива, включая участников ОПЕК, прекрасно это понимают, и осознание тем горше на фоне неудержимо растущих прибылей американских нефтяников.
В Абу-Даби явно не верят ни в скорое восстановление морской логистики, ни в способность ОПЕК действенно защищать интересы своих участников, потому там и собрались в свободное плавание, где эмиратчики смогут добывать и продавать любое количество нефти без оглядки на единый центр. Подобный выход помимо идеологического эффекта имеет и практический, так как выпадение страны с шестым по уровню объемом добычи нефти резко ослабит позиции Саудовской Аравии. ОПЕК не монолитен, и арабские страны тут традиционно выступали единым фронтом. Удельный вес саудитов внутри картеля резко снижается, что усугубляется для них ворохом идентичных проблем.
В свою очередь, Соединенные Штаты сейчас находятся на пике собственной добычи углеводородов плюс недавно установили контроль над колоссальными запасами тяжелой нефти в Венесуэле. Это еще не мировая монополия, но самый мощный индивидуальный рычаг управления рынками. Противостоять пухнущему американскому нефтяному спруту мог бы транснациональный союз нефтедобытчиков, но с единством там, как уже понятно, очень серьезные проблемы.
Сергей Савчук, РИА Новости