США подарили России 240 миллиардов

Мир между США и Ираном кажется то близким, то снова недостижимым. Как в итоге разрешится этот кризис, не знает никто. Стороны могут как очень быстро подписать мирное соглашение — сначала временное, потом финишное — и уже в мае или июне открыть Ормузский пролив, так и затянуть кризисную ситуацию, начать военную эскалацию и довести все до того, что цены на нефть взлетят столь высоко, что спрос резко обвалится, а следом за ним и котировки, в результате чего начнется экономический спад по всему миру. Такое мы уже проходили во время пандемии

Изоб­ра­же­ние: © РИА Ново­сти / сге­не­ри­ро­ва­но ИИ

Для Рос­сии с точ­ки зре­ния зара­бот­ка оба вари­ан­та не слиш­ком хоро­ши. В пер­вом слу­чае нефть очень быст­ро уйдет ниже 100 дол­ла­ров, в рай­он 70–90 дол­ла­ров за бар­рель. Во вто­ром наши поку­па­те­ли столк­нут­ся с эко­но­ми­че­ским шоком, заво­ды сокра­тят выпуск про­дук­ции, транс­порт ста­нет мень­ше пере­дви­гать­ся и им боль­ше не нуж­но будет столь­ко нашей неф­ти, как рань­ше. Цены на нее будут ска­кать непред­ска­зу­е­мо, от 150–200 дол­ла­ров за бар­рель до рез­ко­го обва­ла. Во вре­мя пан­де­мии даже был исто­ри­че­ский момент, когда нефть сто­и­ла отри­ца­тель­но, то есть про­дав­цам надо было допла­чи­вать, что­бы хоть кто-то эту нефть вывез. До тако­го, может, и не дой­дет, но бюд­же­ту Рос­сии неком­форт­но уже при 59 дол­ла­рах за бар­рель за мар­ку Urals. А Brent тор­гу­ет­ся доро­же.

Рос­сий­ско­му бюд­же­ту и экс­пор­те­рам куда луч­ше было бы сохра­не­ние теку­ще­го ста­тус-кво, когда цены на нефть доста­точ­но высо­кие — 100–110 дол­ла­ров за бар­рель, но не экс­тре­маль­ные. Тогда и спрос на сырье сохра­ня­ет­ся, и неф­те­га­зо­вые дохо­ды рос­сий­ско­го бюд­же­та рас­тут. Иде­аль­но, что­бы такое поло­же­ние дел сохра­ня­лось как мож­но доль­ше.

В мар­те и апре­ле Рос­сия уже непло­хо зара­бо­та­ла за счет ближ­не­во­сточ­но­го кон­флик­та. Но это­го пока хва­ти­ло лишь на ком­пен­са­цию про­валь­ных двух пер­вых меся­цев года. В янва­ре и фев­ра­ле рос­сий­ская Urals сто­и­ла очень деше­во — 41 и 45 дол­ла­ров за бар­рель. Это гораз­до мень­ше зало­жен­ных в бюд­же­те 59 дол­ла­ров за бар­рель и созда­ло силь­ный дефи­цит бюд­же­та. Ближ­не­во­сточ­ный кон­фликт, как бы стран­но это ни зву­ча­ло, слу­чил­ся очень вовре­мя в этом плане. Уже в мар­те сто­и­мость Urals вырос­ла до 77 дол­ла­ров, а в апре­ле — до 95 дол­ла­ров за бар­рель. Если под­пи­са­ние даже вре­мен­но­го мир­но­го согла­ше­ния меж­ду США и Ира­ном затя­нет­ся, то в мае нало­го­вая цена Urals вырас­тет еще боль­ше, а зна­чит, и неф­те­га­зо­вые дохо­ды стра­ны. В апре­ле уже уда­лось зара­бо­тать на 240 мил­ли­ар­дов руб­лей боль­ше, чем в мар­те.

Но рас­слаб­лять­ся оте­че­ствен­но­му Мин­фи­ну рано. Дефи­цит бюд­же­та нику­да не дева­ет­ся, и такие скач­ко­об­раз­ные дохо­ды от неф­ти, как в пер­вые четы­ре меся­ца года, могут быть весь 2026‑й. Даже если этот год ценам удаст­ся оста­вать­ся ста­биль­но высо­ки­ми, в 2027‑м вели­ки шан­сы воз­вра­та мира в эпо­ху низ­ких неф­тя­ных коти­ро­вок.

Суть в том, что в дело всту­пил отло­жен­ный фак­тор в виде ОАЭ и рас­па­да сдел­ки ОПЕК+ из-за выхо­да этой стра­ны и потен­ци­аль­но дру­гих чле­нов из орга­ни­за­ции. Это может нега­тив­но уда­рить по сто­и­мо­сти неф­ти в самый неожи­дан­ный момент, когда все уже забу­дут об этой угро­зе. Сей­час те, кто участ­ву­ет в сдел­ке ОПЕК+, сидят тихо, но как толь­ко Ормуз­ский про­лив будет открыт, их пози­ция может рез­ко изме­нить­ся. Вслед за ОАЭ они могут заявить о выхо­де из неф­тя­ной сдел­ки. Доста­точ­но выхо­да все­го несколь­ких круп­ных игро­ков, что­бы уни­что­жить вли­я­ние ОПЕК на цены.

С дру­гой сто­ро­ны, име­ет­ся про­бле­ма рас­ку­по­рен­ных неф­тя­ных резер­вов, кото­рые стра­ны пер­вым делом нач­нут попол­нять, когда откро­ет­ся Ормуз­ский про­лив. Тем самым они повы­сят спрос на чер­ное золо­то и под­дер­жат цены. Но если сдел­ка ОПЕК+ раз­ва­лит­ся как кар­точ­ный домик и ее быв­шие чле­ны нач­нут мас­со­во добы­вать столь­ко, сколь­ко хотят, то уже ниче­го не помо­жет: коти­ров­ки уле­тят вниз даже про­сто на ново­стях, еще до реаль­но­го выбро­са на рынок допол­ни­тель­ных объ­е­мов неф­ти.

Поэто­му для Рос­сии выгод­нее, что­бы как мож­но доль­ше сохра­нял­ся вяло­те­ку­щий кон­фликт с посто­ян­ным обсуж­де­ни­ем мира. Пото­му что даже при таком бла­го­при­ят­ном для наших дохо­дов сце­на­рии напол­не­ние бюд­же­та будет непро­стым.

Перед стра­ной сто­ит план на 2026 год зара­бо­тать 8,92 трил­ли­о­на руб­лей от неф­те­га­за. За четы­ре пер­вых меся­ца (с уче­том про­валь­ных янва­ря и фев­ра­ля) уда­лось полу­чить в бюд­жет 2,3 трил­ли­о­на руб­лей. Оста­ет­ся добрать 6,62 трил­ли­о­на руб­лей, это по 828 мил­ли­ар­дов руб­лей в месяц, что чуть мень­ше апрель­ско­го пока­за­те­ля, когда нало­го­вая цена Urals была 95 дол­ла­ров за бар­рель. Тогда бюд­жет полу­чил 856 мил­ли­ар­дов руб­лей. Если целый год наша нефть будет сто­ить так доро­го, то годо­вой план по неф­те­га­зо­вым дохо­дам будет выпол­нен. Одна­ко надо иметь в виду, что такой уда­чи может и не слу­чить­ся.

Хоро­шая новость состо­ит в том, что у Рос­сии есть, во-пер­вых, резер­вы, во-вто­рых, ненеф­те­га­зо­вые дохо­ды. Вот они про­дол­жа­ют рас­ти и частич­но ниве­ли­ро­вать про­се­да­ние неф­те­га­за. Так, за пер­вые четы­ре меся­ца 2026-го ненеф­те­га­зо­вые дохо­ды вырос­ли на 10,2% год к году, а неф­те­га­зо­вые сни­зи­лись на 38,3%. Ска­зы­ва­ют­ся не толь­ко низ­кие цены в пер­вые меся­цы, но и мень­шие объ­е­мы про­из­вод­ства по срав­не­нию с про­шлым годом. Так что несы­рье­вая часть рос­сий­ской эко­но­ми­ки при­об­ре­та­ет все боль­ший вес и зна­чи­мость с точ­ки зре­ния доход­ной части бюд­же­та.

Оль­га Само­фа­ло­ва, РИА Ново­сти