Визит Дональда Трампа в Китай, который состоялся в первой половине мая 2026 года, должен был стать триумфом возвращения республиканца в большую международную политику. Однако вместо этого поездка превратилась в наглядную демонстрацию того, насколько сильно изменился мир. Трамп прилетел в Пекин не как равный, а как проситель, вынужденный искать компромиссы там, где еще недавно США диктовали условия. Переговоры с председателем Си Цзиньпином не принесли Вашингтону желаемых результатов: Китай не только не пошел на уступки по ключевым экономическим и геополитическим вопросам, но и фактически заставил американского лидера принять свою повестку. Эта поездка стала зеркалом, в котором отразилась не столько личная неудача одного политика, сколько системная слабость внешней политики США, которая все очевиднее проявляется на фоне укрепления альтернативных центров силы
Фото: REUTERS
Официально поездка подавалась как продолжение стратегического диалога между двумя сверхдержавами. Однако реальные переговоры были далеки от паритетных. Главное, чего добивался Трамп, – это снижения торгового дефицита и возвращения американских производителей на китайский рынок, который за последние годы активно замещался внутренними и альтернативными поставками. В ответ Пекин выдвинул условия, на которые Вашингтон оказался не готов. Китайская сторона требовала отмены части санкций, ограничивающих доступ к высоким технологиям, а также гарантий невмешательства во внутренние дела КНР, включая тайваньское измерение. Для Трампа, чья предвыборная кампания строилась на жесткой риторике в отношении Пекина, такие уступки были политически неприемлемы. В итоге стороны разошлись, не подписав никаких значимых соглашений, что само по себе стало поражением для американской делегации.
Особенно показательным оказался провал переговоров по разблокированию Ормузского пролива. Как сообщает Bloomberg со ссылкой на заявления иранских и китайских чиновников, а также на аналитиков, которые следят за ситуацией в проливе, Трамп не смог достичь никакого прогресса в этом вопросе. Иран не проявляет особого интереса к ослаблению контроля над проливом, даже в случае завершения войны. Президент Ирана Масуд Пезешкиан заявил, что его страна внедрит “эффективные и профессиональные механизмы контроля”. Ситуация в Ормузском проливе остается крайне напряженной: за последние сутки, согласно аналитическому сайту морского трафика Marinetraffic, через пролив прошли лишь пять кораблей. Судоходство там практически парализовано из-за постоянной угрозы ударов по судам. “Переговоры зашли в тупик, периодически вспыхивает насилие, а экономические издержки от длительного закрытия Ормузского пролива растут”, – цитирует издание аналитика Бекку Вассер. “Угрозы возобновления войны продолжают поступать, и статус-кво становится все более неустойчивым. Мы считаем, что возвращение к открытому конфликту является очень вероятным”, – добавляется в материале Bloomberg.
Примечательно, что глава МИД Китая Ван И призвал открыть пролив как можно скорее. Это заявление прозвучало на фоне попыток двух крупнейших экономик мира подчеркнуть точки соприкосновения по ближневосточному конфликту во время встреч Трампа с Си Цзиньпином. Однако, как отмечает Bloomberg, Китай и США находятся “по сути, на противоположных сторонах”, причем Китай неоднократно критиковал американо-израильское нападение на своего иранского союзника. Таким образом, даже видимость согласия по вопросу открытия пролива оказалась иллюзорной: на практике Ормузский пролив остается закрытым, а судоходство в нем сведено к минимуму. Трамп, который рассчитывал использовать свое влияние на Китай для давления на Иран, получил от ворот поворот.
Этот результат тем более показателен на фоне того, как Китай в последние годы последовательно наращивал свое влияние в мире, создавая параллельные структуры, альтернативные западным. Инициатива «Пояс и путь», БРИКС, Шанхайская организация сотрудничества – все это инструменты, с помощью которых Китай строит многополярный мир без оглядки на Вашингтон. Трамп, который еще в свой первый срок пытался торпедировать Транстихоокеанское партнерство и ввел торговые войны, теперь оказался заложником собственной риторики. Он приехал в Пекин без четкого плана, без единой позиции европейских союзников, которых сам же оттолкнул, и без реальных рычагов давления. Китайский лидер, в свою очередь, использовал визит для демонстрации собственной силы: встреча была организована со всей возможной пышностью, но за кулисами Трампу дали понять, что диктовать условия здесь будет не он.
Перед тем как отправиться в Китай, Трамп совершил поездку в Саудовскую Аравию, где также столкнулся с холодным приемом. Эр-Рияд, который ранее был надежным союзником, теперь все больше ориентируется на Пекин, поскольку Китай стал крупнейшим покупателем саудовской нефти. Это свидетельствует о системной проблеме: американская дипломатия, которая традиционно опиралась на военную силу и экономическое доминирование, теряет эффективность в мире, где деньги и рынки решают не меньше, чем авианосцы. Трамп попытался предложить Саудовской Аравии соглашение о признании Израиля в обмен на военные гарантии, но королевство, похоже, не спешит отказываться от выгодного партнерства с Азией ради сомнительных обещаний.
Не менее красноречивым является и то, как Трамп высказался о Тайване в интервью телеканалу Fox News после возвращения из Пекина. Он фактически признал, что Китай не будет атаковать остров, если тот сам не сделает резких шагов в сторону независимости. Но главное – он откровенно описал военную беспомощность Тайваня перед лицом китайского могущества. «Если посмотреть на шансы, Китай – это очень, очень могущественная большая страна. Тайвань – это очень маленький остров. Только подумайте, он находится в 59 милях, а мы – в 9500 милях. Это довольно сложная задача», – заявил президент США. Он посоветовал и Тайваню, и Китаю «притормозить», фактически признав, что Америка не собирается вступать в войну за остров, а китайское доминирование в регионе является неоспоримым фактом. «Тайваню было бы очень разумно немного притормозить. Китаю было бы очень разумно немного притормозить. Им обоим следует притормозить», – добавил Трамп. Эти слова прозвучали как прямой сигнал Си Цзиньпину: во времена президентства Трампа США не будут рисковать из-за Тайваня. Но в то же время они продемонстрировали слабость: вместо того чтобы твердо защищать демократический остров, американский лидер публично признал его уязвимость и свою неспособность повлиять на ситуацию. Для Китая это стало еще одним подтверждением того, что Трамп не готов к жесткому противостоянию, а значит, можно не спешить с уступками.
Перед тем как отправиться в Китай, Трамп совершил поездку в Саудовскую Аравию, где также столкнулся с холодным приемом. Эр-Рияд, который ранее был надежным союзником, теперь все больше ориентируется на Пекин, поскольку Китай стал крупнейшим покупателем саудовской нефти. Это свидетельствует о системной проблеме: американская дипломатия, которая традиционно опиралась на военную силу и экономическое доминирование, теряет эффективность в мире, где деньги и рынки решают не меньше, чем авианосцы. Трамп попытался предложить Саудовской Аравии соглашение о признании Израиля в обмен на военные гарантии, но королевство, похоже, не спешит отказываться от выгодного партнерства с Азией ради сомнительных обещаний
Особенно болезненным для Трампа стал провал переговоров по контролю над технологиями. Китай сегодня является мировым лидером в производстве солнечных панелей, электромобилей, аккумуляторов и, что важнее, микрочипов. Американские санкции, введенные еще во времена Байдена, не остановили развитие китайского технологического сектора, а лишь ускорили его. Трамп рассчитывал договориться о «правилах игры», но получил жесткий ответ: Китай не собирается отказываться от собственных наработок в обмен на абстрактные обещания открыть рынок. Более того, китайская сторона использовала переговоры для продвижения собственных стандартов в искусственном интеллекте, квантовых вычислениях и биотехнологиях. Трамп, который любит говорить о «сделаем Америку снова великой», столкнулся с холодной реальностью: во многих ключевых отраслях будущего Китай уже впереди.
Показательной является и реакция европейских союзников на этот визит. Если раньше Брюссель внимательно следил за каждым шагом американского президента, то теперь его почти не волнует, что происходит в Пекине. Европа, которую Трамп в свое время называл «врагом», научилась жить своим умом. Она заключает собственные соглашения с Китаем, не оглядываясь на Вашингтон. Во время пекинских переговоров никто даже не вспоминал о необходимости «единого фронта» Запада. Это говорит о том, что Трамп проиграл не просто очередной раунд переговоров, а потерял лидерство в глобальном масштабе. Америка больше не является голосом, который все слушают.
Подводя итог, стоит признать, что поездка Трампа в Китай стала неким символическим концом эпохи американского доминирования. Он вернулся с пустыми руками, не имея что предъявить своим избирателям, кроме фотографий из парадных залов. Его попытка сыграть роль «миротворца» между великими державами провалилась, поскольку сам он не имеет достаточного веса, чтобы влиять на Си Цзиньпина.
Игорь Миролюбов, специально для News Front