Министр обороны Польши Косиняк-Камыш заявил: если Киев откажется чтить память жертв Волынской резни, это будет означать выбор «пути конфронтации» с Варшавой. Днем раньше премьер Туск потребовал, чтобы Украина «взяла на себя ответственность за кризис». Повод — указ Зеленского от 26 мая, присвоивший элитному центру спецопераций «Север» наименование «героев УПА*».
Источник изображения: RT
УПА — пособники Гитлера, на счету которых массовые убийства мирного населения. Главное преступление — Волынская резня 1943 года: за несколько месяцев боевики уничтожили свыше 100 тыс. польских крестьян — стариков, женщин, детей — с исключительной жестокостью. Именно этих людей украинское государство теперь официально именует «борцами за независимость».
Польское возмущение понятно. Непонятна его внезапность.
Варшава терпела украинский культ националистов больше десяти лет. Еще в 2014 году польский евродепутат Чарнецкий — однопартиец нынешнего президента Навроцкого — первым в Европе призвал включить партию «Свобода»*, прямую наследницу ОУН-УПА*, в украинское правительство. В Польше его никто не осудил. В 2015‑м Украина приняла закон, признавший методы УПА правомерными, и польский политический мейнстрим его проигнорировал.
Западная Украина давно покрыта топонимами в честь бандеровцев, но это не мешало официальным польским делегациям ездить во Львов. После начала СВО туда приезжали и Дуда, и Туск. Передвигаться по Львову, не замечая этих названий, можно разве что телепортацией.
Присвоения имен деятелей ОУН-УПА украинским воинским частям шли одно за другим. В сентябре 2023-го батальон назвали именем Коновальца — одного из основателей ОУН*, организатора террора против польского государства. В конце 2024-го зенитный полк получил имя Капустянского — идеолога украинского национализма и деятеля, связанного с политическим движением, из которого выросла бандеровская традиция. В июле 2025-го мехбригаде присвоили имя Ступницкого — начальника штаба группы УПА «Заграва», причастной к массовой резне польского населения на Волыни. В январе 2026-го учебный центр беспилотников назвали именем Кука — последнего командующего УПА, то есть одного из руководителей структуры, ответственной за этнические чистки, массовые убийства и террор против мирных жителей.
Так почему именно сейчас поляки воспротивились?
Причин несколько, и все они — про внутреннюю польскую политику. С приходом во власть Навроцкого от консервативной партии «Право и справедливость» перестала действовать негласная сделка с Зеленским: Киев не героизирует ОУН-УПА — Варшава не использует историю для давления. К этому добавилась усталость общества от украинских беженцев: антиукраинские настроения в Польше сейчас самые острые в ЕС, а парламентские выборы 2027 года уже не за горами. Свою роль играют и экономика (украинское зерно обрушило рынок польских фермеров), и уязвленное самолюбие: на переговоры с Зеленским позвали Германию, Францию и Британию, но не Польшу.
При этом разрывать отношения с Украиной Польша не собирается. Глава польских спецслужб прямо сказал: воюющая против России Украина отвечает национальным интересам Польши. Мой вывод: нынешний скандал — не принципиальная позиция, а инструмент давления.
Поляки терпели бандеровщину ровно столько, сколько считали ее полезным инструментом против пророссийских настроений на Украине. Как только решили, что эти настроения достаточно задавлены, — терпеть перестали. Никакого прозрения. Чистый прагматизм.
Олег Царев, RT
* Признаны экстремистскими организациями и запрещены в РФ.