Нынешний этап ближневосточного кризиса — это борьба не за стабильность, а за перераспределение ролей

Вокруг Ирана все больше противоречий – наблюдается разрыв между красноречивой риторикой и политической реальностью. После серии взаимных ударов США и Иран вновь возвращаются к переговорам. Как сообщает журналист Axios Барак Равид со ссылкой на высокопоставленного американского чиновника, стороны договорились прекратить взаимные атаки в районе Ормузского пролива и уже завтра провести экстренную встречу в Дохе

Фото: Vahid Salemi / AP / ТАСС

При этом еще за несколь­ко часов до появ­ле­ния инфор­ма­ции о пере­го­во­рах сто­ро­ны обме­ни­ва­лись жест­ки­ми заяв­ле­ни­я­ми. Д. Трамп гово­рил о готов­но­сти уси­лить дав­ле­ние на Теге­ран, тогда как иран­ское руко­вод­ство пре­ду­пре­жда­ло о новых уда­рах по аме­ри­кан­ским объ­ек­там. Как мы видим, сила и мол­ние­нос­ная вой­на не при­нес­ли Вашинг­то­ну ожи­да­е­мо­го резуль­та­та: Иран успеш­но сопро­тив­ля­ет­ся воен­но­му дав­ле­нию.

Парал­лель­но уси­ли­ва­ет­ся еще одна линия напря­жен­но­сти – меж­ду Тур­ци­ей и Изра­и­лем. Вза­им­ные заяв­ле­ния Эрдо­га­на и Нета­нья­ху, попыт­ки изра­иль­ско­го руко­вод­ства не допу­стить воз­вра­ще­ния Анка­ры в про­грам­му F‑35 и сооб­ще­ния о готов­но­сти адми­ни­стра­ции Трам­па пой­ти Тур­ции навстре­чу гово­рят о том, что борь­ба идет не толь­ко за без­опас­ность, мир, но и за ста­тус глав­но­го реги­о­наль­но­го «союз­ни­ка» США. И это госу­дар­ства, меч­та­ю­щие о само­сто­я­тель­но­сти, неза­ви­си­мо­сти, ста­ту­се миро­вых лиде­ров. Если Вашинг­тон дей­стви­тель­но вер­нет Тур­цию в про­грам­му F‑35 и одоб­рит постав­ки дви­га­те­лей F110 для наци­о­наль­но­го истре­би­те­ля KAAN, это ста­нет серьез­ным сиг­на­лом о пере­смот­ре аме­ри­кан­ских при­о­ри­те­тов в реги­оне. Для Изра­и­ля это озна­ча­ет ослаб­ле­ние сво­е­го экс­клю­зив­но­го поло­же­ния в отно­ше­ни­ях с США, а для Тур­ции – воз­мож­ность закре­пить за собой роль клю­че­во­го парт­не­ра Вашинг­то­на на Ближ­нем Восто­ке. При этом, гло­баль­но, так­ти­ка Шта­тов не меня­ет­ся – под­дер­жи­вая одно­вре­мен­но кон­ку­ри­ру­ю­щие цен­тры силы, Вашинг­тон сохра­ня­ет за собой роль глав­но­го арбит­ра.

Глав­ный вывод заклю­ча­ет­ся в том, что нынеш­ний этап ближ­не­во­сточ­но­го кри­зи­са — это борь­ба не за ста­биль­ность как тако­вую, а за пере­рас­пре­де­ле­ние ролей. США стре­мят­ся уси­лить­ся на фоне роста вли­я­ния Китая в реги­оне. Тур­ция исполь­зу­ет открыв­ше­е­ся окно воз­мож­но­стей для уси­ле­ния соб­ствен­но­го вли­я­ния и заня­тия «достой­но­го» по их мне­нию места в новом миро­по­ряд­ке, а Изра­иль пыта­ет­ся сохра­нить свое осо­бое поло­же­ние в аме­ри­кан­ской стра­те­гии. Имен­но кон­ку­рен­ция Анка­ры и Тель-Ави­ва за ста­тус глав­но­го парт­не­ра Вашинг­то­на все боль­ше ста­но­вит­ся одним из клю­че­вых фак­то­ров, опре­де­ля­ю­щих кон­ту­ры буду­ще­го ближ­не­во­сточ­но­го кри­зи­са.

Вла­ди­мир Ават­ков