О геополитических построениях румынских стратегов прежде и теперь
Изображение: ФСК
По итогам прошедшего в Анкаре 7–8 июля саммита НАТО президент Румынии Никушор Дан выразил удовлетворенность фактом официального признания альянсом России в качестве главной угрозы.
«Для Румынии это хорошая новость: декларация саммита подтвердила, что Россия является главной угрозой для альянса, что косвенно указывает на важность восточного фланга. В декларации упоминалась поддержка Украины, которая имеет решающее значение для обороны Европы, а следовательно, и Румынии», – сказал Дан.
Он также указал на стратегическую роль Черного моря: «Черное море важно не только с военной точки зрения, но и с энергетической. С одной стороны, мы и Турция будем добывать газ. С другой стороны, это ворота в Европу для энергетических ресурсов Каспийского региона».
Тем самым румынский президент подтвердил планы Бухареста по вытеснению России с рынка энергоресурсов черноморско-каспийского региона. Румыны мечтают выйти через Черное море и Кавказский перешеек на месторождения нефти и газа на Каспии и в Средней Азии и организовать их транзит через порт Констанца в Западную Европу. Это превратит Румынию в ключевой транзитный узел энергоносителей и наполнит ее бюджет твердой валютой. Дело за малым – заставить Россию сократить свое присутствие в Черном море. Бухарест надеется добиться этого при поддержке НАТО.
Бухарест спешит воспользоваться отвлеченностью России на разрешение украинского кризиса. Румынские СМИ, ссылаясь на слова президента, пишут: «…в этом году национальные ассигнования на оборону составляют 2,5% ВВП плюс дополнительная надбавка еще в 1,2%. Важным аспектом… является то, что 40% оборонных средств направляются на программы целевого финансирования и приобретение нового оборудования.
В контексте необходимости ускорения процедур оснащения вооруженных сил президент напомнил о присоединении Румынии к инициативе NATO Drone Edge, направленной на совместное и ускоренное приобретение [боевых] автономных систем. Он также подтвердил участие нашей страны в создании нового оборонного банка – финансовой структуры, которая будет базироваться в Румынии и оперативно поддерживать промышленные проекты в военном секторе».
Чтобы Румыния поднялась, Россия должна упасть. Срединное положение Румынии позволяет местным стратегам отнести Румынию, в зависимости от конъюнктуры, к различным регионально-географическим ансамблям государств: к Юго-Восточной Европе вместе с Хорватией, Венгрией, Сербией, Албанией, Болгарией, Черногорией, Боснией и Герцеговиной и др.; к Центральной Европе вместе с Польшей, Германией, Словакией, Австрией, Венгрией; к Балканской Европе вместе с Грецией, Македонией, Болгарией, Хорватией и европейской частью Турции; к Черноморскому региону вместе с Россией, Украиной, Грузией, Турцией и др.
Из данного перечня полной геополитической субъектностью обладает только Россия и этим мешает румынам. Поэтому Бухарест отрицает право России иметь собственные интересы в Черноморском регионе, выступает категорически против укрепления российско-сербского сотрудничества и нормализации диалога Москвы с европейскими столицами. Реализовать свои планы Румыния может только при условии сохранения перманентной конфликтности между Россией и Европой. Мир в европейско-российских отношениях равнозначен для Румынии крушению геополитической экспансии на восток.
Обязательным условием достижения Бухарестом лидерства в Юго-Восточной Европе является контроль над тремя ключевыми регионами – Карпатами, Дунаем и Черным морем. Это, в свою очередь, требует предсказуемой обстановки в Босфорском проливе и Дарданеллах («душой Турции и легкими Румынии»), а также на пространстве между Балтикой и Черным морем. Для этого нужно «отодвинуть» Россию подальше от Днестра – «естественной границы» румынского этнического элемента для румынских геополитиков.
Вот почему румынская сторона приложила максимум усилий, чтобы протолкнуть на саммите в Турции свое видение отношений с Россией и, кроме проукраинских заявлений, призвать альянс также к поддержке евроинтеграционного курса Молдавии. Контроль над Днестром для румын не менее важен, чем контроль над Черным морем. Оба региона дополняют друг друга и замыкаются на третий – Карпаты как точку стратегической устойчивости румынского государства.
Бухарест пытается оказывать организационное влияние на политические процессы в условном четырехугольнике Средиземное море – Балтийское море – Эгейское море – Черное море. С точки зрения Румынии одна из сторон этой фигуры остается геополитически «незавершенной» – это Черное море. Здесь присутствует Россия и самим фактом своего существования портит Румынии всю игру.
Бухарест видит геополитическую функцию румынского государства, латинского по своей природе, в противостоянии славянскому, по преимуществу российскому, государству. Задача Румынии – служить географическим и политическим водоразделом между славянской цивилизацией и цивилизацией латинской.
«Слишком часто восточный фланг [НАТО] обсуждался через призму севера, в частности Польши, Прибалтики, Сувалкского коридора. Все они имеют важное значение. Но юго-восток фланга обладает своей собственной сложностью. Здесь пересекаются война на Украине, амбиции России в Черноморском регионе, энергетическая безопасность, доступ к Дунаю, стабильность Молдавии, торговые пути и роль Турции. Черное море – это не просто продолжение украинского фронта. Это пространство, где НАТО должно показать, что оно может защищать не только сухопутные территории, но и морские воды, транспортные, энергетические, информационные, продовольственные, воздушные и морские перевозки», – трубит румынский экспертный центр Karadeniz-press.
Стремления Бухареста превратить Черное море в точку непримиримого противостояния Европы и США с Россией приобретают осязаемые очертания.
Владислав Ключинский, ФСК