Битва на Ворскле стала первым шагом Литвы к потере независимости, заявил историк

Кан­ди­дат исто­ри­че­ских наук Алек­сандр Грон­ский в эфи­ре про­грам­мы «Мне­ние» на News Front про­ком­мен­ти­ро­вал исто­ри­че­скую роль одно­го из круп­ней­ших сра­же­ний XIV века в Восточ­ной Евро­пе — бит­вы на Вор­ск­ле. 

Picture background

Источ­ник фото: CC BY 2.0 / Mr.TinDC / Lithuanian Embassy Flag

По сло­вам Алек­сандра Грон­ско­го, бит­ва под Вор­склой забло­ки­ро­ва­ла литов­скую актив­ность на восточ­ном направ­ле­нии и изме­ни­ла внеш­не­по­ли­ти­че­ские инте­ре­сы Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го, сде­лав его более зави­си­мым от Поль­ши. Несмот­ря на вели­чие Вито­вта, он не стал коро­лем и до кон­ца жиз­ни оста­вал­ся вели­ким кня­зем под вли­я­ни­ем поль­ско­го коро­ля Вла­ди­сла­ва.

«Бит­ва под Вор­склой была свое­об­раз­ным пово­рот­ным момен­том. То, что про­изо­шло после бит­вы за опре­де­лен­ное коли­че­ство вре­ме­ни, это про­сто такой эффект накоп­ле­ния фак­тов, кото­рые не поз­во­ли­ли Лит­ве на рав­ных сра­жать­ся с Моск­вой либо с кем-либо. Вели­кое кня­же­ство Литов­ское очень быст­ро опо­ля­чи­ва­лось и в сере­дине XVI века объ­еди­ни­лось с Поль­шей в одно госу­дар­ство, кото­рое ста­ло назы­вать­ся «Речь Поспо­ли­тая». В исто­рии пер­вая «Речь Поспо­ли­тая». Бит­ва под Вор­склой — самый пер­вый неболь­шой шажок к поте­ре неза­ви­си­мо­сти Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го как тако­во­го», — отме­тил экс­перт.

Кан­ди­дат исто­ри­че­ских наук при­вел ряд поли­ти­че­ских про­ти­во­ре­чий меж­ду дво­ю­род­ны­ми бра­тья­ми Вито­втом и Ягай­ло, упо­мя­нув о роли Вито­вта в фор­ми­ро­ва­нии анти­поль­ской коа­ли­ции. Грон­ский заявил, что попыт­ка Вито­вта полу­чить коро­лев­скую коро­ну от рим­ско­го папы не увен­ча­лась успе­хом, ему не хва­ти­ло жиз­нен­но­го вре­ме­ни, что­бы стать фор­маль­но рав­ным литов­ско­му кня­зю и поль­ско­му коро­лю Ягай­ло.

«После серьез­но­го пора­же­ния на Вор­ск­ле, где были и поль­ские вой­ска, и кре­сто­нос­цы, и литов­цы, Вито­вт был вынуж­ден под­пи­сать Вилен­ско-Радом­ская уния [госу­дар­ствен­ный союз Коро­лев­ства Поль­ско­го и Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го, заклю­чен­ный в 1401 году, — ред.], по кото­рой про­пи­сы­ва­лась власть Ягай­ло. Фор­маль­но Вито­вт не мог пра­вить еди­но­лич­но, над ним был некто, кто мог все­гда что-то оспо­рить. Он стре­мил­ся до кон­ца жиз­ни стать имен­но рав­ным Ягай­ло. Тут полу­чи­лась такая шту­ка, что коро­ну ему при­сла­ли, еха­ла она через Поль­шу. Там эта коро­на исчез­ла. Потом, как ока­за­лось, что дра­го­цен­но­сти из этой коро­ны нахо­ди­ли в мит­рах поль­ских като­ли­че­ских свя­щен­ни­ков. То есть, ско­рее все­го, ее про­сто выкра­ли, пере­пла­ви­ли, а разо­ча­ро­ван­ный Вито­вт вско­ре умер. Таким обра­зом полу­ча­ет­ся, что если бы вот это все было достав­ле­но, то Вели­кое кня­же­ство Литов­ское ста­ло бы коро­лев­ством», — уточ­нил он.

Гость сту­дии напом­нил, что Вели­кое кня­же­ство Литов­ское име­ло доста­точ­но боль­шую тер­ри­то­рию и Вито­вт был не самым пло­хим пра­ви­те­лем, но исто­рия «пошла немно­го по-дру­го­му».

Напом­ним, ранее министр обо­ро­ны Лит­вы Робер­тас Кау­нас заявил, что в рам­ках про­ек­та Евро­со­ю­за Eastern Flank Watch стра­на пла­ни­ру­ет создать мин­ное поле на гра­ни­це с Рос­си­ей.