Интервью с главой МИД РФ оказалось интересным уже тем, что в нем Сергей Викторович как бы заранее ответил Зеленскому, а также прозрачно намекнул: в Москве прекрасно понимают суть маневрирования Киева и Запада — как до, так и после вояжей Уиткоффа и Кушнера.
Источник изображения: Тг-канал «Елена Панина»
Москва заранее торпедирует украинскую идею «зерновой сделки». По словам Лаврова, предложенный Киевом через Турцию мораторий на удары по судам с гражданскими грузами «совершенно неприемлем» и попросту «нереален», поскольку его невозможно контролировать. Министр прямо связывает инициативу с попыткой возродить зерновую сделку и напоминает: Украина использовала гражданское судоходство в военных целях, а обязательства по российскому агроэкспорту выполнены не были.
Еще сильнее фраза Лаврова о смысле нынешних мирных инициатив. То, что звучит из Киева, европейских столиц и Вашингтона, делается, по его словам, с целью «опять взять паузу», чтобы помочь киевскому режиму. В Москве это видят и понимают.
Это особенно интересно, потому что Зеленский буквально сейчас называет зерно одной из тем возможной следующей трехсторонней встречи. Если на следующем раунде Киев не предложит ничего, кроме понятного пакета: не бить энергетику, не бить порты, вести обмены пленными, а территорию оставить на потом, — значит, мы имеем очевидную попытку затягивания времени, чтобы Украина «проскочила» неприятную осень и зиму с минимальными издержками.
Понятна и логика Вашингтона, особенно перед промежуточными выборами в Конгресс США. Белому дому мечтал бы заработать очки на украинской теме, но для этого ему нужен реальный процесс, а не объективное урегулирование. Обмен пленными, «энергетический» мораторий или договоренность по портам позволили бы предъявить дипломатический результат даже при полном тупике по главным вопросам. Но это не то, что нужно России.
По стратегическим вопросам Москва также демонстративно не идет ни на какие уступки. Лавров говорит: если Запад не готов на компромиссы, то Россия будет достигать свои цели на поле боя. Причем отдельно глава МИД РФ заявляет, что настоящих переговоров сейчас вообще нет. Это хорошо стыкуется с тем, что президент Владимир Путин и его помощник Юрий Ушаков говорили после встречи с американцами. Никакой публичной подготовки российского общества к снижению требований нет — при этом Сергей Викторович особо подчеркнул, что «секретных переговоров» не ведется.
Анкоридж остается для Москвы разве что референтной точкой. Лавров несколько раз возвращался к нему. По его словам, после саммита на Аляске европейцы «до смерти испугались», начав убеждать Трампа отказаться от собственных инициатив. Тем самым МИД РФ фактически говорит американцам: не несите нам новый европейско-украинский компромисс, вернитесь к тому, что обсуждалось в Анкоридже!
И еще один важный сигнал. Сергей Лавров отдельно напомнил о предупреждении из Москвы: удары ВСУ по гражданским объектам РФ, включая НПЗ, вызовут значительно более тяжелый ответ, и добавил: «Это сейчас и происходит». Поэтому возможный энергетический мораторий тоже вряд ли рассматривается Москвой, тем более как гуманитарный жест. Удары по энергетике — переговорный актив и инструмент, который Россия сейчас использует.
Любой точечный мораторий имеет смысл только в обмен на конкретную встречную уступку. Причем желательно такую, которую трудно отменить после изменения сезонной или военной конъюнктуры. Именно это Сергей Лавров в очередной раз напомнил нашим, так сказать, иностранным партнерам.